http://forumstatic.ru/files/000d/56/27/98803.css
http://forumstatic.ru/files/000d/56/27/46484.css
У Вас отключён javascript.
В данном режиме отображение ресурса
браузером не поддерживается
-->

Circus of the Damned

Объявление


ПРОЕКТ ЗАКРЫТ!

спасибо всем, кто был с нами все это время ;)




П Е Р С Ы  И  А К Т И В  М Е С Я Ц А

Sophia Ricci

Jean-Claude

О Б Ъ Я В Л Е Н И Я

    26.08: Конкурс "Веселята августа"!

    27.07: Конкурс "Июльские веселята"!

    20.07: Обновлены Правила ролевой!

    29.06: Конкурс "Июньские веселята"!

    28.05: Конкурс "Майские веселята"!

    24.02: Конкурс "Веселые февралята"!

    17.02: Обновлена Новостная лента!

    11.02: Новое объявление на форуме!

    15.01: Внимание! Объявление!

    26.11: Пополнился Словарь терминов!

    25.11: Конкурс: "Веселые ноябрята"


П О П У Л Я Р Н О С Т Ь

П Л Е Й Л И С Т

К О Р О Т К О  О Б  И Г Р Е

Представьте себе наш мир, в котором есть все столь привычное нам: географическое положение, политическая структура, история и многое другое, а все мифы и легенды про вампиров и оборотней - это не просто красивые слова и мистические выдумки, а самая натуральная реальность. Что жили эти существа во все времена, существовали и бороздили просторы Земли, страшась лишь охотников и священнослужителей. Представьте мир, где фразу «Вампиры? Оборотни? Шутите? Их же не существует!» можно услышать только в дешевой мелодраме с дешевыми спецэффектами.

События игры разворачиваются в городе Сент-Луис, штат Миссури, где не так давно, как и во всех Соединенных Штатах Америки (остальные страны, кроме Великобритании, еще не так сильно "подружились" с монстрами), вампиры и оборотни были признаны полноправными гражданами. Теперь, в силу гуманности и развитости этих двух стран, "монстры" признаны разумными, как и люди.




РЕЙТИНГ ИГРЫ: NC-21 [18+]

СИСТЕМА ИГРЫ: эпизодическая

Р А З Ы С К И В А Ю Т С Я

Мы будем рады видеть в игре любых персонажей, вписанных в игровые реалии, от оригинальных чаров до акционных и канонических. Разумеется, предпочтение отдается двум последним категориям, но вовсе не обязательно переступать через себя и брать уже придуманного героя. В игре мы больше всего ценим индивидуальность, колорит и личностные характеристики персонажа. И замечательно, когда у игроков получается оживить канон и форумный канон.




О Г Р А Н И Ч Е Н И Я

Временно остановлен набор персонажей-неканонов:

   наемники

   наемники-оборотни и маршалы-оборотни !

   оборотни, умеющие скрывать свою силу

   вампиры линии крови Белль Морт

Р Е Г И С Т Р А Ц И Я

Правила ролевой

Основной сюжет

Шаблон анкеты


Гостевая

Список ролей и NPC

Занятые внешности


Готовые персонажи

Акционные персонажи

Заявки на персонажей


Оформление профиля

Аватары, внешности


И Г Р О В О Й  М И Р

Словарь терминов

Описание мира

Законы в мире


Люди и Обладающие даром

Вампиры и Мастера вампиров

Оборотни и Альфа-доминанты


Ламии и Ламмасы

Джинны и Призыватели

Персонажи игровой реальности


Бестиарий

Профессии


В А Ж Н Ы Е  З А М Е Т К И

Лента новостей

Сборник квестов

Личные дневники


Поиск соигроков

Отсутствия в игре

Создание локаций


Заявки (квесты и ГМ)

Награды и подарки

Подарки друзьям


Календари и погода

Оформление эпизодов

А Д М И Н  С О С Т А В

Администратор:

Jean-Claude


Главный модератор:

Sophia Ricci


Квестмейкеры:

Sophia Ricci

должность вакантна


Мастера игры:

должность вакантна


PR-агенты:

Nathaniel Graison

должность вакантна


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Circus of the Damned » Сборник рукописей, том I » [12-13.10.10] Дикая охота


[12-13.10.10] Дикая охота

Сообщений 1 страница 30 из 42

1

Время: вечер 12 октября, переходящий в ночь 13 октября 2010 года
Места: Сент-Луис: «Circus of the Damned», Особняк Графа, Заброшенная база
Герои: Mero, Gerart, Asher, Megara
Сценарий: похищение Арлекином приближенных к Принцу города вампиров. Зачем? "Он изловит всех любимых пташек оборзевшего инкуба и вернёт их, дав понять, кто тут строгий папочка!" (с) Меро.

0

2

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

- Начало игры -
*Округ: Особняк графа*
Звери были в порядке. Они делали, что должно. Начало оказалось роскошным: сразу два взрыва в одну ночь. А утро, что ж, утро принесло запах крови. Один из аниматоров был осчастливлен визитом его темпераментных ребят. Но новостные каналы пока что не распылялись на этот счёт, потому что тело не было обнаружено даже к вечеру. Видно, не очень компанейским типом был убитый. Тем лучше, шумиха была не основной целью, вершину хит-парада занимала идея чистого уничтожения.

Город очень засорился. Для не самого крупного поселения США здесь было слишком много кошек и тех, кто якшался с покойниками. Себя к последним он, разумеется, не относил. Такой город требовалось чистить. И требовалось приглядеть за мастером, на счету которого значилось слишком много катастрофически, вызывающе громких побед. Его неплохо было поставить на место, чтобы не забыл о том, кто в мире кровопийц контролирует потоки власти. Принцы -  временные лидеры. Арлекин - вот, что неизбывно.

В приоткрытое окно автомобиля залетел комар и нахально уселся на рукав пальто. Меро воззрился на насекомое в ожидании. Нет, никакого интереса его кровь у комара не вызывала. Через полмига ладонь вампира прижималась к манжету пальто, и секунду спустя пальцы стряхнули мятую мошку с рукава.

Снаружи зашумели. Не так, чтобы слишком громко. Но совершенно беззвучно поймать вампира, которого застала врасплох пятёрка оборотней, было, наверное, невозможно. Меро наблюдал из-под ресниц, чувствуя истому зрительского наслаждения. Он смотрел, как вампира настигло осознание опасности, как вспыхнули проблеском первой волны силы его невероятные глаза. Смоляные волосы хлестнули воздух, когда он развернулся быстрее удара людского сердца. Он был так грозен, так хорош в своей мощи. Но, увы! Их было больше. Их действия были слажены. У него почти не было шансов вырваться. Части ловушки схлопнулись, цепи в символах веры накрепко обмотали короб. Ещё мгновение, и оборотни, шустрые как лучший в мире спецназ, забросили добычу в авто, которое тронулось с места ещё на этапе закрывания задних дверей.

Меро откинул голову назад и, прикрыв глаза, блаженно застонал. Зрелище вышло великолепным, какая же дивная, дивная пьеса! Первый акт сыгран. Он изловит всех любимых пташек оборзевшего инкуба и вернёт их, дав понять, кто тут строгий папочка.

Улыбка дрогнула, трость ударила о дверцу автомобиля.

- Почему не сдвигаемся с места?

Через мгновение машина тронулась с места и плавно покатилась по улице, не привлекая к себе никакого внимания.

-----» ◕ Окраины города » Заброшенная база

Отредактировано Mero (11.09.13 10:13:47)

+1

3

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

*Округ: Особняк графа*
Он проснулся раньше, чем Янош и Арно. Слушая тишину, Граф подумал о том, что Лидия права - пора  выписать из Австрии ренфилдов их семьи, людей, поколениями служащих вампирам, проверенных, надежных.
"Нам нужны слуги, постоянное питание и охрана днем. Пора налаживать быт, за этот год я совершенно распустился."
Прибытие Лидии, как всегда, было панацеей, она вернула его душевное состояние в привычное русло, и, если не излечила, то хотя бы облегчила тот груз ,что давил на душу Герарта все это время.
При мысли о Лидии Граф улыбнулся. У него возникло острое желание съездить и приобрести какой-нибудь подарок для нее. Но дельных эксклюзивных вещей по интеренету не закажешь, значит, нужно наведаться в круглосуточную ювелирную мастерскую и оставить срочный заказ.
Граф привел себя в порядок и вышел, прикидывая, что голод не настолько силен и вполне может подождать - вчерашний Ужас напитал его так сильно, что крови сегодня могло не потребоваться вовсе.
Прекрасно зная, что непременно почувствует, когда Янош проснется, и надеясь, что время его отсутствия трансильванец посвятит сближению с Арно, Герарт не стал оставлять записок или сообщений. Пару часов его отсутствия подопечные переживут.
Он понял, что ошибся в своих ожиданиях, едва дойдя до середины дорожки, ведущей к дому. Он почуял тепло оборотней и стук их сердец за мгновение до того, как на него налетело сразу пятеро из них.

"Ни минуты покоя!"

Глаза Герарта застил праведный гнев - нападение произошло на его территории, слишком близко к близким, и это заставило Графа взъяриться почти по-звериному. Он успел пропороть ногтями грудь одному из оборотней, ударив его наотмашь, и отшвырнуть второго, но численный перевес был не на его стороне и действовали они очень четко.
Герарт оказался в гробу нос к носу к святым символам, едва он успел отшвырнуть прочь третьего оборотня.

- ДЬЯВОЛ!! - его голос сейчас больше походил на рык раненого хищника. Он бился в ловушке, но на исчерченной крестами и святыми символами поверхности не оставалось даже царапин.
Нет, нет, нет! Герарт надеялся, что его все-таки выпустят, и готовился к атаке, не желая тратить силы впустую. Но в голове набатом билась только одна мысль - он пытался и никак не мог нащупать ту связь, что была мжду ним и Яношем.
"Только не они. Только не снова, Господи!"
Его единственной надеждой была Лидия - Мистресс могла ощутить его сама. И она же могла защитить Арно и Яноша, если вдруг он сам не сумеет.
Пожалуйста, пусть так и будет!
Но кто? И знает ли Жан-Клод о том, что в его городе все еще неспокойно?

+2

4

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

◕ Жилой комплекс » Округ: Особняк графа -----»

Особо опечатанный груз скрылся в люке заросшего снаружи приземистого строения. Парень с кровавым пятном на груди замыкал цепочку. Он, озираясь, закрыл за собою люк. Это был тот самый ликантроп, которого пленённый вампир успел атаковать. Что ж, с такой раной оборотни выживают, австриец ведь не вынул у него сердце.

Машина, в которой находился Меро, проехала чуть дальше. Тяжёлый трёхтонный внедорожник прокатился по кочкам, чуть пошатываясь и кренясь, но совершенно не опасно для транспортного средства и находившихся в нём людей. Хотя, справедливости ради стоит отметить, что именно людьми не были ни пассажир, ни водитель. Пропахав по лесу ещё пару сотен метров, внедорожник скатился по бетонному въезду на территорию бывшей военной базы. Человек с не запоминающейся ординарной внешностью открыл для машины свинцовые створки и закрыл их вновь, когда авто проехало внутрь.

Более не медля, Меро выбрался из салона, спрыгнув на бетон. На сером скупом фоне внутренних помещений разряженный в лаковую кожу мужчина смотрелся так, словно будущее уже наступило и в мире царствует "Эквилибриум". Он шёл по коридору быстро и решительно, явно знал, зачем и куда он следует. Судя по всему, спектакль был если и не отрепетирован, то по крайней мере согласован заранее. К Меро подбежали люди, одетые в стандартный для США камуфляж Марпат, а он на ходу раздевался и отдавал им вещи. Сначала тонкие лайковые перчатки и кожаный френч с жёстким воротом-стойкой, затем кожаный жилет, идеально подогнанный под мускулатуру тела, в который были вшиты тонкие пластинки современной брони. После Меро пробежался пальцами по пуговицам чёрной рубашки и стянул её с себя всё так же, на ходу.  Под лампами искусственного света его татуированная спина казалась болезненно-оливковой. И хотя такая перемена в цвете когда-то смуглой кожи была часто характерна для вампиров, на самом деле Меро был в этом плане уникумом. Со всей его близостью по своей метафизической природе к тем зверям, которых он мог призывать и подчинять, он был невероятно живым, если это словно вообще могло быть применимо к тому, кто умирает с каждым новым рассветом. и выглядел скорее как человек, нежели как типичный вампир.

Марш по коридору закончился тем, что слуги приняли у  Меро его вещи и взамен отдали новые. Последними штрихами к клетчатой рубашке с закатанными по локти рукавами и синему комбинезону рабочего стали выданные ему ведро с химическими средствами и швабра. Остановившись ненадолго, Меро стянул волосы в короткий хвост на затылке, часть прядей выбилась, но это не мешало создавать нужный образ. Он натянул резиновые перчатки ярко-жёлтого цвета и надел на голову красную бандану в белых узорах роковой направленности. Вот так за пару минут герой фантастического боевика про безэмоциональное будущее перевоплотился в уборщика. На Меро был ровно такой же комбинезон, как на обслуживающем персонале его маленькой базы, боевики же здесь ходили в камуфляже.

Перевоплощение было одной из его любимых уловок. Вот и сейчас он намеревался использовать трюк со сменой костюмов. Он знал, что для вампиров из прошлого костюм человека автоматически читается как информация о его социальном статусе, и вешается определённый ярлык. Так уж устроено было их прижизненное мировосприятие,  и именно поэтому сильные кровопийцы столь много времени уделяли тому, чтобы расфуфыриться на приёмы, даже если пять минут спустя разоблачались во имя утоления похоти.

Игра была спланирована заранее. В зале, куда уже доставили первого из двух потенциально нужных вампиров, всё шло согласно плану. Увешанная символами веры комната могла засиять, как гигантский прожектор, если бы пленённый австриец решил попользоваться своими вампирскими уловками. Кроме него внутри находились оборотни. Ох, и не сладко им приходилось. Прежде, чем "гость" оказался прикованным за расставленные в сторону руки к разным частям комнаты, а торс его обнял большой обруч из промышленного сплава, цепь от которого шла к стене за его спиной, вампир успел надавать от щедрот своих старательным гиенам. Только их всё ещё было многовато для него в условиях отказа от ментального воздействия. Если граф не хотел заполыхать синим пламенем, то ему было нельзя полагаться на штучки с дарами линии крови.

Меро появился в коридоре, со смиренным видом натирая полы, и бросил любопытный взгляд в сторону маленького окошка из бронированного стекла. Что там за ним творилось? Вампира уже упаковали, как требовалось, теперь, избитые и разозлённые, оборотни уходили из помещения, бросая напоследок ругательства в адрес строптивой жертвы киднепинга.

Один из молодчиков, проходя мимо, толкнул уборщика плечом, припечатывая его к стене:

- А, ну, пшел! - прошипел ликантроп. Неловко загремев своими помывочными приспособлениями, Меро ударился плечом о стену. Бойкие и плечистые гиены прошлепали мимо. С грохотом за последним закрылась тяжёлая дверь. Меро смотрел им вслед с положенной долей опасливости и с лёгким налётом возмущения. Он сейчас не думал даже о том, как верно повели себя его звери. Всё ровно так, как обсуждалось. Если он одет в комбинезон, он для них не существует.

Бойцы оставили за собой на полувлажном полу коридора грязные следы. Вздохнув, "уборщик" принялся за дело по-новой. Но когда оказался близко к заветной двери, осторожно заглянул в бронированное оконце. Его взгляд пробежался по помещению, с любопытством подметил странную символику вокруг, не без трепета встретился с цепями и кандалами, а потом в полнейшем обалдении уставился на пойманного кровопийцу. Только-только ощутив намёк на то, что вот-вот их взгляды встретятся, Меро тут же отпрянул от стекла, прижался спиной к стене и взволнованно перевёл дух. А потом после краткой паузы принялся за "свои обязанности уборщика". Он вживался в образ настолько, что даже верил сам себе, все его мысли перестраивались, он думал, как должен бы думать в такой ситуации парень из обслуги на его месте, ни одной лишней мысли из мира Меро-босса не закрадывалось нынче в его сознание. Чтобы обмануть другого вампира ему самому требовалось для начала очистить собственное сознание и обмануть самого себя, чтобы искренне верить в свой новый статус.

Симфония разыгрывалась по идеальной партитуре, следующим актом шло пленение ещё одного кровопийцы. Жан-Клод сильно возвысил подле себя сразу двоих. Чтобы не лезть в тонкости его политики среди приближённых монстров, Меро решил похитить в назидание сразу обоих офицеров чёрного короля.

+2

5

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Его расчеты оказались верны. Ехать в темноте, упакованным в гроб, было не слишком удобно. Однако  спустя примерно полчаса машина свернула с шоссе, под колесами зашуршал гравий, а после они остановились.
Его тюрьму куда-то понесли, и, слушая шаги своих носильщиков, Граф готовился к бою.
Он успел оценить, насколько продуманным было похищение, за долю секунды - комната, куда поставили его "гроб", была изрисована символами веры вдоль и поперек. Ужасно жаль - было бы так приятно нагнать страх на окруживших его оборотней.  Герарт лежал, замерев тем особенным способом, каким могут лишь вампиры - словно обратившись в камень. Оборотни предсказуемо напряглись, снимая крышку - вампир чувствовал, как участились их сердцебиения. А потом повисла тишина.

- Он что, подох в дороге? - недоверчиво протянул самый молодой из ликантропов.
Герарт мысленно закатил глаза - оборотнячему спецназу к силе не помешала бы капля мозгов. Но сейчас их отсутствие было как нельзя кстати. Ликантропы немного расслабились, видимо, согласившись со своим товарищем. И, когда один из них протянул руку, желая, видимо, вынуть вампира из стального короба, Герарт молниеносным, незаметным для человеческого глаза движением перехватил  его за предплечье и рванулся вверх. Сладкой музыкой в ушах прозвучал треск ломающихся костей. А дальше на него навалилась вся эта свора. Гиены, они и оборотнями продолжали нападать преимущественно стаей. Комната наполнилась шумом и матом от оборотней - Граф дрался молча.
Он бил в полную силу,  и каждый удар, достигая цели, сопровождался переломами носов, ключиц и ребер. О, как не хватало сейчас возможности выпустить свой темный дар на этих бойцов! Довести до безумия от страха и осушить всех до единого. Но увы, все ,что здесь можно было получить, задействовав метафизику - это возможность обратиться в живой факел.
В конце концов кто-то догадался воспользоваться оковами и сперва одна, а потом и вторая рука Герарта была закована в широкие кандалы, соединенные цепями с разными углами комнаты. Когда  скованным оказался и торс, один из бойцов от души врезал Герарту по лицу.

- Молодец какой, отомстил? -Граф поморщился - от удара скула налилась болью, а из разбитой губы проступила кровь. Однако дальнейшего избиения не последовало. Возможно, потому, что в небольшое окно в двери заглянул перепуганный парень в красной бандане. Оборотни, матерясь, двинули на выход - в открытую дверь Граф увидел, как прилетело и незнакомому парню со шваброй и в комбинезоне уборщика. А после дверь снова закрылась, оставляя для обозрения лишь небольшой кусок коридора, видный в окно.
Геарарт облизнул нижнюю губу, из которой текла кровь и невесело хмыкнул, подумав, что очень кстати надел сегодня черный костюм-тройку вполне современного вида. Было бы прискорбно снова убить один из своих камзолов. Понимая, что отвлекается на эти мелочи, чтобы не думать о самом страшном, Герарт прикрыл глаза. Сквозь комнату сплошь в святых символах не пробивалась никакая метафизика, и даже мысленный контакт был ему сейчас недоступен. Но Граф надеялся, что ни Янош, ни Арно, ни Лидия с ее девочкой-слугой под удар не попали. А вот Жан-Клод...
-Дьявол, - повторил Герарт, и присовокупил к сказанному пару крепких ругательств на старом немецком. После вампир повернул голову, оценивая свои оковы. Сделаны они были, надо сказать, на совесть. Однако же, приметив в стенах стальные спайки, привинченные к поверхности болтами, Граф задумался. Если приложить достаточно сил, можно попробовать выбить эти болты. Другое дело, дадут ли ему столько времени?
Попытаться все же стоило - Герарт  расставил ноги пошире, упираясь в пол, ухватил запястьем доступную ему часть цепи и рванул изо всей силы. Ничего не изменилось, однако тихий скрежет металла вселял надежду. Еще один рывок и еще. Перед четвертым Граф почувствовал на себе чужой взгляд и успел увидеть в окне исчезающее взволнованное лицо все того же уборщика. Это заставило Герарта прекратить попытки и прислушаться - что, если он сейчас позовет охрану? Но в коридоре было тихо, если не считать звук трущей пол швабры, и Граф снова взялся за цепь.
Спустя еще полдюжины рывков металлический крепеж был наполовину вырван из стены. Рывок! И скоба с тихим звяканьем ударилась об пол. Теперь у Герарта была одна свободная рука, правда, все еще закованная в кандалы и с цепью. Вторую цепь Герарт дергал уже двумя руками.

+3

6

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Что он творил! Оковы вышли из строя, хотя вампир занимался ими буквально пару минут. Глаза уборщика округлились от удивления. О, такое развитие событий порядочно напрягло бы кого угодно. Но, видимо, подвёл фрагмент стены, потому что вторую цепь вырвать из другой стены пленнику и двумя руками пока что не удавалось.

Перестав глазеть, мужчина двинулся по коридору всё дальше от двери, у которой подглядывал за пленённым австрийцем, он шёл неспешно, тихо постукивала о край ведра пластиковая рукоятка швабры, вроде как "рабочий день закончен". Звуки лязгающей о пол вырванной цепи отсюда не были слышны, звукоизоляция демонстрировала себя во всей красе. Если не знать, что происходило в помещении, можно было бы подумать, что там и нет никого, так было тихо снаружи.

И всё же уборщик не успел покинуть свой краткосрочный пост. В коридоре появился ликантроп. Молодой, наглый и, очевидно, туповатый. Во-первых, он рискнул выйти сюда не в свою смену, а инициатива у Меро в лагере была наказуема. Значит, этот - новенький наёмник. И, похоже, плохо ученый. Кто такого взял? Но думать об этом было не время. Нельзя было отклоняться от русла мыслей, положенных молодому и слабому уборщику, даром, что при клыках.

- Слыш, куда собрался? В камере уже мыл? - судя по первой фразе, вторую говоривший заранее предвкушал, и когда произнёс, заулыбался самым нахальным образом. Ему доставляла удовольствие перспектива постращать несчастного. Оборотень был на голову выше и заметно шире в плечах, его торс был словно мясной копией бельведерского шедевра. По сравнению с ним Меро, не выказывавший никаких сил и отличимый от человека лишь отсутствием сердцебиения, был почти задохликом.

- Н-нет, не мыл. Там заперто, - проговорил он, старательно удерживая на своём лице выражение "я пытаюсь казаться равнодушным, но мне до одури страшно", и, похоже, ликантроп верил в надетую маску. А ещё он не знал начальства в лицо. И это было благом. Такому дебилу не хватило бы ума подыграть достойно.

- Дык я отопру. Там весь пол в крови. Мой иди.

- Зачем? - сипло вырвалось у Меро, - Там же... пленный.

- Мой иди, говорят! - вытаращил бычьи очи на него ликантроп. Он был близок к тому, чтобы схватить Меро за шкирку и силой поволочь к двери. - Твоё дело "есть" и "так точно", сопля, - повышал тон оборотень, выпятив нижнюю челюсть. Судя по тону, он копировал какого-то армейского сержанта, крепко выдрючившего его во время службы. И теперь вот негодяй отрывался на "маленьком и слабом".

Меро не отступал от роли. Он даже не рисковал притронуться к зверю внутри мужчины, чтобы умерить его агрессию. Уборщику же это не дано! А он сейчас вовсе не Капитан, так, "сопля".

Охранник пробежался пальцами по цифрам на кодовом замке двери и отпер её, присвистнув тут же:

- Фига се! Это что тут у нас начинается?

Он, видно, заметил вырванную цепь. Меро мысленно прижа свою ладонь ко лбу. Он догадывался, что последует далее. И не ошибся. После секунды оглушительной тишины раздались последовательно несколько звуков: звяканье звеньев друг о друга, свист цепи в воздухе, глухой, мясной звук удара и снова звяканье. И завершилось всё характерным звуком протаскивания по полу здоровенной туши в центнер весом. Меро не нужно было заглядывать за приоткрывшуюся дверь, чтобы понимать, что он там увидит. Граф замахнулся на дебила оторванной цепью, использовал её как лассо, оглушил и зацепил ликантропа и поволок его к себе. Чмырь очухался. И тут из его губ вырвалось глухое рычание.  Меро был в секунде от так называемого современными людьми "фейспалма".

"Он же пёс! Он пёс! А граф контролирует псов!"

Одно радовало. Ему не пришлось портить себе игру. Очухавшаяся псина успела нажать на руке браслет тревоги, и к нему по коридорам базы побежали с разных сторон дежурные ликантропы на подмогу. Оставалось надеяться, что остальные обошлись без импровизаций, и сегодня на сцене не появится больше ни единой псины. Итак, дебил нажал на тревожную кнопку браслета. А после австриец, не будь излишне гуманным, начал его избивать. Меро даже восхитился, как тихо он действовал, ни единого возгласа. Только звуки ударов и мычание удушаемого цепью дурня, которому, наверное, силой вампирских пинков уже переломало не одну кость. Раздался хруст, и оборотень дико заорал. Вот очень ему хотелось глянуть, что конкретно граф сломал идиоту. Но он был в маске образа. Потому, тихо матерясь, он шустро припустил по коридору, наплевав на ведра и швабры всего мира по три раза.

На повороте, что следовало ожидать, он налетел на подмогу. Вернее, его сбила чужая стальная грудина, Меро отлетел на пол, хорошо, что не на своё же ведро с водой. А после мимо него, благо, хотя бы перепрыгивая тело, пронеслось с дюжину ребят в Марпате.

Отредактировано Mero (12.09.13 01:17:29)

+2

7

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Надавать зарвавшемуся псу  было приятно. Герарт даже удивился такой кровожадности со своей стороны.
"Довели, сволочи. Скоро начну на прохожих бросаться."
То, что среди оборотней оказалась собака, отчасти было приятным сюрпризом. Отчасти - потому что подчинить его возможности не предоставилось. Зато попортить шкуру - вполне.
Граф слышал звук бегущих к ним ликантропов, потому покрепче перехватил цепь и замер в ожидании, глядя, как вокруг поскуливающего от боли парня расползается кровавая лужа - пара открытых переломов у него точно была.
Влетевшие в камнату спецназовцы очумело воззрились на валяющегося в крови собрата, на Герарта с вырванной цепью в руке, а после с ревом бросились в бой. История повторилась -он снова наносил увечья своим охранникам,  цепь мелькала с невероятной скоростью и наносила удары такой силы, что каждый раз, попадая по цели, наверняка дробила кости.
Оборотни злились, Герарт прикидывал, скольких еще ликантропов ему  позволят искалечить прежде, чем, наконец, появится похититель и изложит свою проблему.
В этот раз обошлось даже без ответного мордобоя - подойти к Графу, пока он орудовал цепью, словно хлыстом, было проблемно, а перехватить металлическую цепь, почти невидимую в своем мелькании, и остаться при целых руках было той еще задачей. Один из молодчиков попытался, хоть и невольно, удержать цепь - в очередной удар стальная змея с нечеловеческой силой врезалась в оборотня и захлестнула его поперек живота, пропахивая плоть. Парень сложился от силы удара, схватил цепь, - и Граф продолжил  размахивать цепью уже с дополнительным грузом в виде сведенного судорогой, окровавленного тела.

- Господа, - обратился Граф к парням в камуфляже. Он говорил спокойно и властно, так, как говорил обычно с подчиненными или слугами, тем особенным голосом, которого было немыслимо ослушаться. Звериные натуры прежде всего уважали даже не силу. Они уважали доминантов, и сейчас Граф, продолжавший небрежно крутить цепь , удерживающую ликантропов на расстоянии, доминировал над ними одним лишь голосом. Во всяком случае, его услышали. - Я могу продолжать вас калечить. Но отсюда никуда не денусь. Потому будьте любезны оставить попытки себя убить и пригласить ко мне затейника всего этого фарса. Уверен, как только Ваш хозяин выскажет мне свои претензии, мы с ним найдем решение.

Оборотни замерли, часть из них повернулась к рослому мужчине со сломанным (стараниями Герарта) носом. Тот явно был альфой в этой стае, и именно он, посмотрев на Графа и на ликантропа на цепи, коротко кивнул.
Герарт опустил цепь, позволив оборотням снять, наконец, своего менее удачливого товарища, с цепи. Австриец смотрел, как они выходят - один из покалеченных шестерок, явно недовольный тем, что ему не дали шанса отомстить, зло швырнул в камеру перепуганного уборщика. Следом пинком были загнаны ведро, расплесекавшее по полу часть воды, и швабра.

- Чтоб тут все блестело, понял? - не имея возможности врезать Графу, он отыгрался на парнишке. Тому достался подзатыльник и пол, равномерно залитый кровищей. Ах да, и общество вампира - дверь оборотни предусмотрительно закрыли.
Парень вжался в стену, его черные глаза были огромными, как блюдца. Герарт вздохнул, оглядывая алые капли крови, усеявшие его костюм, белоснежную сорочку и даже шейный платок. Потом перевел взгляд на уборщика и демонстративно поднял свободную руку:

- Не бойтесь, я не буйный. Обычно даже вполне миролюбивый, но сегодня ночь не задалась.

+2

8

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Благо, что среди вошедших был старший по смене. Он вовремя и в нужных пропорциях пользовался силой и-дробь-или мозгом. Потому можно было понадеяться на урегулирование конфликта без необратимых последствий. Если не считать покалеченного зверья, которое не сразу, так после повторных переломов в медицинских целях всё равно восстановится, ситуация разрешилась прелестнейшим образом. Плохо было то, что цепь, ставшая из пут оружием пленённого вампира, всё ещё оставалась в полном его распоряжении. А Меро впихнули в комнату.

Маска прирастала к нему всё плотнее, он уже думал так, как должен был бы молодой и глупый вампир на его месте. Он уже реагировал так же.  Оглядев сначала квадратными от полученных впечатлений глазищами предельно вежливого для подобной ситуации вампира, он всё же остался там, где и был, лишь невнятно пробулькав:

- Да ничего... оно и понятно...

А потом его ноздри жадно втянули аромат. Конечно! Пол, стены и даже местами потолок помещения были обильно сдобрены кровавым соусом. Вампир, тем более, молодой и глупый, не мог не ощущать всего богатства букета, так бездумно вокруг растраченного. Он был как алкаш рядом с ванной, полной алкоголя, в которой купалась танцовщица из мира бурлеска. Чихать ему было на прочее, кроме, собственно, жидкости. И никакие бирюльки его бы не отвлекли от единственной жажды - приникнуть и лакать. О, вот в каком-то подобном настроении сейчас ощутил себя уборщик. Его глаза нервно оглядели периметр.

- Нда... что за бардак, - неестественно бесцветным голосом пробормотал он дежурную фразу, ведь явно читалось, что все его мысли только о прекрасной и даром израсходованной крови, что так пленительно благоухала вокруг. Вампир напряжённо сглотнул и зажмурился на миг, даже ладони к глазам прижал, тихо застонав. Ему трудно было владеть собой, он был голоден, всегда голоден, только по-разному. И сейчас было почти невероятно сложно оставаться в рассудке и терпеть. Ведь у него не было опыта выходить спокойно из кровавых бань, а не алкать только одного - жадно слизать всё до капли. Таким вампирам не много лет. Они часто сознательно покидают мир людей, причисляя себя к "высшей расе", а потом круто обламываются. Ведь пара клыков в мире тех, кто носит такое украшение не первый век, не делает тебя кем-то больше вшивой шестёрки, когда ты не видишь солнца всего несколько жалких лет. Арлекин вжился в маску вовсю. Он забылся в роли. Он не существовал сейчас никак, кроме этой оболочки и этого статуса. Он - жалкая пешка на чужой опасной базе. Нарвался на сладкие мечты из своей же дурной башки. Пошёл в вампиры, чтобы быть круче и показать этим... разным, кому-то, не важно. Всё не стало лучше, если не стало ещё и хуже, чем было. Теперь он бок о бок с монстрами, а сам чуть страшней комара. И вот, крутые парни поиграли мускулами и ушли, а его бросили на пол заместо тряпки. И как же адски хотелось жрать! Он снова бросил лихорадочный взгляд на вампира в цепях. Как он был стоек, вот это воспитание, вот это сила крови и духа! Ему стало стыдно за себя.

- Простите. Мне сказали прибраться, - с хрипотцой из-за пересохшего горла пробормотал он и поднялся на ноги наконец.

Он понимал, что покуда не сделает этого, чёрта с два его выпустят звери. Ох, уж эти хреновы тяжеловесы. И с довольно унылым видом он взялся за швабру. Периодически он поглядывал искоса на пленного вампира. И любопытство в итоге взяло верх.

- За что это они вас так?

Видно, он считал это место подобием карцера. А действующие тут правила - подобием закона. И если кто-то тут оказывался в подобном положении, значит, нарушил что-то жуть какое важное. В общем, уборщик принял вампира за часть местной системы. А как же иначе? Он ведь слышал, что тут есть очень крутые типы. Покруче меховых качков. Вот и один из таких "покруче", собственно говоря. Как же не полюбопытствовать, когда такой шанс?

Он вообще выглядел и вёл себя так характерно для типового неудачника из 21-го века, что могло удивить уже то, что он был вампиром. Но сердцебиения и потока живой крови от него совсем не ощущалось. И сам он это знал. А стало быть, надеялся, что пленный вампир не решит попробовать его на зуб. Тот факт, что мужчина оставался в кандалах хотя бы частично его мало утешал. Он от опасного типа ждал любого подвоха. И, вообще говоря, потому мыл полы неважно, обходя по приличной такой дуге эпицентр раздачи переломов.

Отредактировано Mero (12.09.13 15:25:40)

+2

9

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Герарт молча следил за неожиданным собеседником.
Парень был напуган, едва не трясся от переживаний и еще - от голода. Граф смотрел на покрытое испариной лицо, на нервные движения рук, то, как парень сдерживает себя, и как не слишком хорошо у него это выходит. Герарт понимал его - кровью пропитался, казалось, сам воздух в комнате, и ее пряный аромат кружил голову, и даже  сытому и сдержанному Графу стоило усилий отогнать прочь взметнувшуюся жажду. А этот доходяга, судя по всему, совсем молод, и его голод куда острее и жестче, а способность себя контролировать - куда слабее. Австриец посмотрел на уборщика, уныло размазывающего шваброй по полу кровь, с сочувствием. В конце концов, в том, что этому парню сейчас так плохо, была и его прямая вина, ведь это его стараниями комната стала походить на помещение скотобойни.
Что ж, весьма неплохо для того, кто не применял грубую физическую силу к кому бы то ни было на протяжении веков. Герарт помнил, что драться научился еще будучи подростком, но, став вампиром, было ни к чему махать кулаками. До недавнего времени - сперва Кристоф со своими вуду-пауками, теперь вот эти...

- Это Вы меня простите. В конце концов, убирать Вам приходится за мной. , - Герарт, лязгнув цепью на запястье, поднял руку к лицу и отвел за ухо влажную от пота и чужой крови прядь волос. Поморщился, задев покрасневшую от удара скулу - впрочем, можно сказать спасибо, что ему не сломали челюсть. Судя по всему, пока он нужен живым и относительно здоровым. Вот только кому и зачем? На этот вопрос ответов не было.
Герарт сосредоточился, снова попытавшись прорваться к Яношу, но глухие стены со святыми символами, что его окружали, ощущались и на метафизическом уровне - судя по всему, тут поработал какой-то колдун, наложивший на комнату заклинание ,чтобы отсечь возможность ментальной связи. Скверно, крайне скверно.
Какое-то время в помещении царила тишина, нарушаемая лишь шорохом швабры по полу, но потом уборщик не выдержал:

- За что это они вас так?

- Не имею представления, - Граф хмыкнул, разводя руками (насколько это позволяли оковы). - Никаких претензий мне предъявить не успели, сопровождавшие меня молодые люди были не слишком дружелюбны и не потрудились объяснить причину своей вопиющей грубости. Полагаю, бесполезно задавать такие банальные вопросы Вам, но все-таки я рискну. Где я нахожусь и кто здесь главный?

Он не слишком надеялся на разговорчивость уборщика - тот мог и вовсе не знать, кому подчиняется. Но это был крохотный шанс  хотя бы примерно понять, что за хамло обосновалось в Сент-Луисе, и какой ему прок от плененного графа. Чудом выжившие последователи Вильгельма? Враги Жан-Клода? Совет?
Герарт вздохнул. По его подсчетам, он провел здесь не больше пары часов, и хватиться его могут далеко не сразу.
Оставалась только одна надежда - главный из оборотней все-таки обладал какими-то зачатками ума, и, возможно, он исполнит просьбы австрийца. Беседовать с местным персоналом было бесполезно - нужно каким-то образом понять, кто за всем этим стоит.

+2

10

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Фрагмент сместился и мозаика рассыпалась. По ответу вампира распределить его обратно в систему уже не вышло бы. И потому уборщик озадаченно нахмурился, попутно вытирая рукавом над резиновой перчаткой взмокший лоб. Он выстраивал новую схему восприятия бытия. Что ж это выходит? Ребята, на которых он тут горбатится, занимаются похищениями? Или этот тип вроде агента 007, который будет отрицать свою причастность к чему-то до последнего?

- Я и не знаю, за что из возможных ответов мне не оторвут ноги. Вдруг скажу что лишнее, а меня тут же и... - он нервно покусал губу, кожа запросто пропоролась клыком, но, похоже, это для него было делом привычным. Оглянувшись на дверь (так как он подозревал, что если снаружи не слышно, как ломают цепи, то и изнутри шаги не особенно уловишь, но этого он наверняка не знал), парень сложил руки на вершине палки от швабры, как этакий странствующий паломник в порыве делёжки мудрости.

- В общем, все эти ребята какие-то наёмники. У них тут дела серьёзные, разная аппаратура. Но кто есть над старшими смены..? - он философски пожал плечами и ощутимо занервничал, отводя глаза, - ладно, мистер, извините, я ни Вам этим не помогаю, ни себе.

И он с каким-то особенно ожесточённым видом вновь принялся за полы, но вскоре дверь снова отворилась, потому уборщик прервался и обернулся слишком быстро для того, кто не боится нагоняя.

Мужчина в дверях не был одним из тех, что побывали тут во время "цепочной карусели", так про себя Меро обозначил момент с избиением оборотней цепью с утяжелителем в виде их коллеги на её конце. Любопытно стало, сменили ли оборотни, оставшиеся в смене, окровавленные шмотки (уборщик про себя выдохнул, радуясь, что не он отвечает за местную прачечную)?  Судя по блеску интеллекта в глазах и общей утончённости вида (а также отсутствию камуфляжа), этот дядька (явно человек) был из разряда местной администрации. Но, увы, не начальник начальников (тот сейчас как раз швабру отжимал). Он ленивым взглядом из-за стёклышек дорогущих очков для зрения прочертил по помещению и задумчиво произнёс как будто только себе:

- Я смотрю, рукожопие заразно. Ни мыть, ни драться... - потом вскинул взгляд на Меро, словно начисто не замечая в помещении ещё и графа, и сказал ему сухо: - Нужно привести в порядок соседнюю камеру. Скоро она пригодится. Марш исполнять.

И хотя уборщик очевидно не имел никакого отношения к местной военной структуре, как и солидный поджарый дядька в очках с лицом богатея педофила, он не мог на это указывать никому из тех, кто ему гавкал "марш" и "пшёл". Напоследок от двери уборщик нарушил суеверие - обернулся на нечисть. Одними губами, надеясь, что пленный разберёт, он старательно проартикулировал:

- Круто Вы их поимели, мистер, - после этого он скрылся за дверью, послушно следуя за мужиком, одетым от Армани.

Вторая камера... эти слова призваны были навести графа на мысли о том, что скоро у него появится сосед и товарищ по несчастью в одном лице. А, может, и в нескольких лицах.

+3

11

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

-Я и не знаю, за что из возможных ответов мне не оторвут ноги. Вдруг скажу что лишнее, а меня тут же и... В общем, все эти ребята какие-то наёмники. У них тут дела серьёзные, разная аппаратура. Но кто есть над старшими смены..? Ладно, мистер, извините, я ни Вам этим не помогаю, ни себе.

Легче от сказанного Герарту не стало. Но он прекрасно понимал страх парня - тот, в конце концов, мог лишиться куда большего, чем просто работы, за беседы с пленником. Особенно, если где-нибудь здесь стоят камеры слежения или диктофоны, отслеживающие что делает и с кем беседует вампир.  Так что австриец только философски кивнул:

- Конечно. Простите, не следовало начинать этот разговор. Мне бы не хотелось, чтобы Вам влетело за то, что я такой трудный пленник, - Герарт  улыбнулся, несмотря на свое положение. Он вообще был склонен относиться к любым жизненным ситуациям с должной долей иронии, и сейчас, чувствуя себя этаким Джеймсом Бондом от вампиров, даже развеселился. Поди ж ты - вляпался в какие-то шпионские игры!  - Впрочем, должен сказать, на кого бы Вы не работали, он явно заигрался в секретных агентов.

Впрочем, одну полезную истину Граф для себя вынес и из этого короткого диалога - это точно не дело рук сторонников Вильгельма. Тот, будучи до крайности параноидальным, никогда не полагался на наемников, и свите своей запрещал. Он не верил, что те, кого можно купить, не переметнутся на другую сторону ради большей выгоды. И уж тем более они бы действовали безо всяких секретных камер, спецназа и прочей шелухи.  Значит, месть из Тандэр-Бея отпадает. Кто же тогда? Может, это новомодные охотники на нечисть нынче действуют так, словно воображают себя супер-шпионами?  Кол в сердце и даже серебряные пули больше не в моде, и теперь они действуют в лучших традициях голливудских боевиков? Однако охотникам сейчас крепко прижимает хвост закон о правах нелюдей, Герарт же вел законопослушную жизнь, занимался благотворительностью и под нарушителя закона никак не походил.
Значит, это либо совершенно нелепое недоразумение, либо один из врагов Принца Города, решивший по какой-то одной ему ведомой причине зачем-то похитить австрийца.
В камеру вошел человек, по одному костюму которого можно было определить, что этот - явно из верхов. Однако  беседы с ним не случилось - он вообще будто не замечал Герарта.
Зато лишил его единственного собеседника. Парнишка напоследок успел одними губами прошептать похвалу, и Граф, тонко улыбнувшись, еле заметно кивнул в ответ.
А после он снова остался один, размышляя о том, для кого же готовят эту вторую камеру - для Яноша? Жан-Клода? Или еще кого-то из его приближенных?
"Пока это все походит на какой-то фарс, - думал Герарт, снова взявшись за цепь. Второй крепеж был явно куда более надежным, но и его можно было одолеть - ведь и сила прикладывалась нечеловеческая. Нужно было только время. - Однако мне не потрудились выдать сценарий этого абсурда."

+2

12

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

На второе похищение тоже надо было выехать лично. Конечно, он лишь смотрел со стороны. Но не присутствовать не мог. Оказавшись в значительном отдалении от заветной комнаты, мужчина ушёл прямиком к старшему смены. Тот мужик, которому Герарт свернул нос на север, всё ещё не переоделся, и его форма была по-прежнему уляпана кровью.

- Машины уже на месте?

Пока ему отвечали, притом всякий раз утвердительно, Меро вновь переодевался. Более того, вернувшись к своему стилю а-ля Эквилибриум, он взял с собой ещё и маску. Вытер лицо смоченной в воде салфеткой и приготовился становиться собой. Уже сидя в салоне того же чёрного внедорожника, он надел свой профессиональный атрибут. Эта маска была кованой и чернёной, снаружи из серебра, внутри она была выстелена тонкой замшей. Прорези были только для глаз и вертикальные штрихи у рта. Работа была совершенной. На затылке маска застёгивалась на широкие ремни, точно изготовленные так, чтобы идеально удерживать предмет маскировки на голове. Сорвать его быстро не удалось бы, разве что вместе с головой.

А в помещение, в котором удерживали австрийского графа, вошёл охранник. Осторожно так вошёл, хмурый и неразговорчивый. Он даже глаза старательно отводил, вампир всё-таки был опасен одними своими глазами. Про действие святых символов ликантроп и не подумал. Дверь за собою он, разумеется, закрыл. Это был тот же тип, который втолкнул Меро сюда, едва не накрыв его ведром. Собеседник из качка был нулевой. Похоже, он получил нагоняй. Только вот за что именно из своего списка кретинских поступков? 

Машина, в которой находился Меро, выбиралась из лесу. Когда джип вырулил на автостраду, Арлекин приподнял капюшон , фиксируя его застёжкой у верхнего края маски, чтобы волос тоже не было видно. Итак, ни единого участка кожи, глаза в тени капюшона, так и не сказать наверняка, какого они цвета. Руки в перчатках, тело вампира ничем не пахнет, даже вблизи ликантропы ощущают его аромат как запах прохладных камней, не сильнее. Неопознаваем, удобно. Он потрудился даже переобуться, заменив армейские берцы на мягкую кожаную обувь, в которой можно было неслышно ступать. Он не брал с собой оружия, ничего, кроме трости, которая была по сути игрушкой. Машина всё ближе была к пункту засады. Меро не ощущал ни волнения, ни радости по этому поводу. Рано, дело ещё не было сделано. А эмоции он приберёг для уже исполненной части плана.

"Лакомый кусок кровавого пирога. Даже, если не он второй после Жан-Клода по официозу, то по силе - уж явно. И принц просядет в рейтинге, лишившись такой бриллиантовой звезды в короне".

Прикрыв блаженно глаза, Меро отдался воспоминаниям со всей страстью. Он так и видел перед закрытыми веками, как оборотни летали по периметру бронированного зала, как орудовал цепью громадный австриец, опасный, невероятно сосредоточенный, о, как заводили эти воспоминания! Напряжённые пальцы Меро прошлись плавно по его же бёдрам, лайковые перчатки по кожаным штанам. Низко и несколько вульгарно усмехнувшись, он перестал сам себя лапать и закинул ногу на ногу, а руки уложил на набалдашник трости. Взгляд чёрных глаз устремился за тонированное броне-стекло. Меро уже знал, как проведёт время с австрийцем, когда вернётся на базу. Но только после того, как обеспечит Ашеру хорошую плотную групповушку с волками. Или с псами. Или и с теми, и другими.

"А граф... хм, пусть посмотрит".

-----» ◕ Центральный Сент-Луис » Торговый центр «-----

Поблизости от торгового центра стать незаметным было проще, нежели в жилом районе. И Арлекин не преминул воспользоваться преимуществом места большого скопления людей. Первоначально предполагалось брать Ашера в тиски тем же манером, что и графа, где-нибудь поблизости от цирка. Но он сам подкинул возможность не выслеживать его ночи напролёт у шатров, чьё цветосочетание вызывало у Меро рвотные позывы. На парковке, разумеется, были камеры. Однако, что бы они запечатлели? Размытые полосы от стремительно движущихся тёмных фигур в чёрных одеяниях? Лица были скрыты, ни дюйма кожи было не увидать. Когда Ашер проходил мимо, задняя стенка автобуса раскрылась, ещё несколько мгновений оперативных действий спустя инкуб оказался запечатан волками в бронированный ящик. Количество святых символов по внутренней стороне грозило Ашеру мгновенным возгоранием в случае попытки воспользоваться силой вопреки здравому смыслу. Что Меро стал бы делать, если бы инкуб всё же оказался более безрассуден и суицидален, чем он рассчитывал? Видимо, передал бы Принцу обратно шкатулку с серым порошком. Меро с его ракурса сейчас не было видно, что успел сделать Ашер в целях самозащиты. Выглядеть могло и так, словно его сначала невзначай толкнули, а после его в миг поглотила чернота распахнувшегося автобусного салона. Ретироваться с места киднепинга пришлось с задержкой по сравнению с транспортом. В котором остался запечатанный вампир. Виной тому были разъезжающиеся на парковке машины. Да и Меро предпочитал отъезжать не один к одному.

Когда за окном вновь замелькали деревья загородной зоны, машины сбавили скорость. Погони за ними не было. Ещё бы. Откуда ей было взяться? Меро дал знак водителю, и тот связался с группой в транспорте перед ними. Всё было в норме, оборотни были целы, по крайней мере никто не торопился склеить ласты, а прочее, как говорится, до свадьбы заживёт. Самое время было озаботиться подарками, которые для этого этапа приготовил Меро. Пора было заявить о своём присутствии в городе. Он знал, что в то же время, когда бронемашина с инкубом на борту заезжала в подземную часть базы, принцу города должны были доставить пакет. Некоторые из его чад, из чад Меро, умели вовсе не запоминаться. Для тех, кто работал в Цирке всё должно было выглядеть так, словно коробка с карточкой «Для Жан-Клода и Лидии» появилась из неоткуда. А то, что в то же самое время вампирша из ветви фурий была как раз в кабинете инкуба, оказалось приятным стечением обстоятельств, не более того.

Никакой второй камеры, как дразнил графа информацией Арлекин, не требовалось. Груз с Ашером внесли в помещение к прикованному вампиру. Притом вносили с умом, учитывая радиус разлёта цепи, вырванной Герартом из стены. Меро не присутствовал,  и не мог видеть, как гадко ухмылялось зверьё, зная, что сюда-то цепь уже не достанет, а им-то как раз к той стене и нужно! Учитывая ошибки прошлого раза, оборотни распечатывали ящик без спешки и будучи крайне сосредоточенными. Голос снаружи предупредил:

- Без глупостей, Ашер. Если ты дёрнешься, я вылью на тебя ведро освящённой воды. Ты понял меня? Я жду ответа, Ашер, или мы Начнём с душа.

Приковывать инкуба им хотелось всё-таки без угрозы начать с ним возню, по ходу которой можно снова угодить под цепь. Волки желали лишь выполнить поручение начальства – приковать инкуба напротив первого постояльца и уйти восвояси.

Пока звери возились, Меро ушёл к мониторам, не снимая маски, так же оставаясь в полном костюме – ни дюйма голой кожи. По верхним углам помещения стояли в углублениях закрытые защитными колпаками камеры слежения. Для начала Меро хотел посмотреть и послушать, как устроятся его гости, а уже после идти на сближение.

В помещение к мониторам прошёл тот самый пёс, который вне своего распорядка оказался в одном помещении графом. Судя по фиксации руки, милый граф её кобельку едва не оторвал. Теперь было ясно, что так весело хрустело. От пса пёрло испугом и нервозностью. Ноздри Меро дрогнули, он под маской ощерился, но это осталось неочевидным для глядящего со стороны пса.
- Пошёл вон, - серым голосом произнёс Арлекин, - выйдешь из блока отдыха после восстановления конечности. Появишься тут раньше, я оторву её снова.
Повторять дважды, как ни странно, не потребовалось. Оставшись в помещении с дежурными гиенами, Меро весь обратился во внимание, глядя на плоские мониторы. Его забавляла загадочная ситуация со Вторым после Принца, и он догадывался, что нормальные вампиры не могут спокойно сосуществовать при такой размытости силовых и официальных ступенек в иерархии города. Тонкостей взаимоотношений этих двоих он не ведал, но основную ось понимал прекрасно и без личного знакомства. И если граф в этом плане мог бы его удивить тем, что считал, будто бы никакой проблемы у него с Ашером нет. Но вот Ашер всё воспринимал вполне стандартно. Только вопрос был не столько замешан на власти, сколько на внимании Принца, однако такие мелкие детали были сейчас не важны.

Отредактировано Mero (17.09.13 15:38:16)

+2

13

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

◕ Округ: «Circus of the Damned» » Кабинет Ашера » Торговый центр -----»

Ашер вышел из машины и даже успел сделать пять шагов, а потом мир превратился в вихрь коротких точных толчков, захватов и растворился в полном мраке. Вампиры прекрасно видят в темноте, но в это мгновение он вдруг осознал, что мрак существует и в жизни вампиров.

Инстинкты обострились до самых острых ощущений, и, возможно, именно они спасли ему жизнь: внутренние ощущения буквально кричали "Стой!", когда тело попыталось применить "силу". Эти силы стоило придержать до поры, и Ашер затих, логично предположив, что если он все еще жив, то, следовательно, нужен кому-то именно живым. Кому он мог понадобиться - думать не хотелось, но мысли упорно лезли в голову. За всей изнеженностью, внешней слабостью и утонченной капризностью скрывал сильный вампир. Вампир, проживший не одну сотню лет и выдержавший пытки и унижения, не сломавшись при этом и ответив каждому своему обидчику тем или иным способом, но всякий раз жестоко и неумолимо.

Кокон, в котором он оказался заперт, ожил в движении, его куда-то несли, а потом раздался приглушенный стенками голос:

- Без глупостей, Ашер. Если ты дёрнешься, я вылью на тебя ведро освящённой воды. Ты понял меня? Я жду ответа, Ашер, или мы начнём с душа. 

Отвечать не хотелось, но тогда некто мог решить, что он "не понял", и действительно устроить душ, а потому он надменно ответил:

- Глупость здесь делаешь только ты и прямо сейчас.

Крышку сняли и взгляд вампира успел выхватить несколько оборотней: все они были крайне настороже и не скрывали своей агрессии. На руках защелкнулись оковы, звякнули цепи, и двое оборотней дернули его руки в стороны, приковывая их к стене. Хотя приковыванием это можно было назвать лишь условно: крепежи буквально вмуровывали в стену. А потом один из оборотней, как надеялся Ашер - тот самый глупец, приказал не дергаться и попытался защелкнуть на торсе инкуба металлическое кольцо с короткой цепью сзади. Он позволил приблизиться и даже не поморщился, когда металл сдавил тело, с мерзким лязгом клацнул замок, и в то же мгновение Ашер дернулся вперед, едва не вырывая себе руки, но все же успевая вонзить клыки в шею оборотня. Тот взвыл, но вой тут же сменился совсем иными звуками, а пара его товарищей ринулась отрывать собрата от клыкастого монстра, сопровождая свои действия градом ударов. Кровь хлынула рекой из разорванной шеи, но успех был кратковременным, еще один из бойцов схватил ведро и крикнул, что выплеснет воду на вампира. Ашер примиряюще поднял кисти рук, успокаивающе показал ладони и как ни в чем не бывало произнес:

- Окей.

Большего сейчас он сделать не мог, а потому предпочел не вызывать еще большей агрессии, позволив пристегнуть цепь к стене. Теперь он был жестко прикован к стене, лишенный возможности сдвинуться от нее более чем на 20 сантиметров. Оборотни, порычав, покинули помещение, уводя своего собрата, и Ашер только теперь окинул взглядом все помещение. Бетонные стены, камеры, отсутствие окон и ... граф. Точно так же прикованный к стене, с той лишь разницей, что его левая рука была свободна и покачивала длинную цепь с увесистым окончанием, которое он, видимо, вырвал из стены.

- Не могу сказать, что я рад вас видеть, граф, но все же - как давно вы здесь?

+1

14

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Его одиночество было недолгим.
Приставленный оборотень молчал весь этот часовой промежуток, словно притворялся немым (хотя, может, он и был немым, кто знает), но близко к вампиру благоразумно не подходил и на рожон не лез.
Граф услышал звук шагов по коридору сильно заранее, и поудобнее перехватил свое оружие, на случай, если вернувшиеся мордовороты захотят продолжения банкета.
Однако оборотни не лезли в драку. Они по дуге обошли Графа и поставили у противоположной стены, видимо, точно такой же "гроб", как тот, в котором принесли сюда и его.
А потом Герарт с удивлением услышал имя Ашера.
Это было совсем другое дело - это значило, что похищение не является последствием претензий лично к Графу. Учитывая, что у них с золотоволосым вампиром было не так много точек пересечения, вывод напрашивался сам собой. Кем бы ни был похититель, у него был огромный зуб на Жан-Клода.
Дальнейшее представление вызвало у Герарта желание порукоплескать Ашеру. Укушенный им оборотень издал сперва вопль, а после серию нечленораздельных звуков, забившись в оргазме.
"Однако", - про себя повосхищался астриец - ранее он и не подозревал, что сила Ашера работает Так.
Но численный перевес, как и в первый раз, был не на их стороне - оборотни быстро подавили бунт. Один из них схватился за ведро, Герарт дернулся вперед, замахиваясь цепью, но то было по большей части ради одной лишь угрозы - оборотни по-прежнему старались держаться подальше, помня недавний инцидент.
А потом их оставили одних.
Первая фраза Ашера заставила Герарта непонимающе выгнуть бровь - он догадывался, что инкуб не питает к нему теплых чувств, но найти менее подходящее место, чтобы заявить о своей неприязни, было просто нереально. Самое время показать наблюдателям (а Граф не сомневался, что за ними все это время пристально  следят) о том, насколько большой бардак творится в тылу у Жан-Клода. Герарт бросил на Ашера усталый взгляд, лучше всяких слов говорящий о том, как его утомила эта показушность, но все-таки ответил:

- Около трех часов. Может, больше. Я не считал. Могу сказать, что тоже не особо рад видеть здесь Вас - Ваше появление говорит о том, что кто-то вознамерился лишить нашего Принца самых сильных сторонников, - он говорил сухо и довольно тихо, зная, что записывающие устройства, в отличие от вампирского слуха, улавливают далеко не все звуки. - Не имею понятия, кому это нужно, но точно знаю, что ничего хорошего можно не ждать.

+2

15

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Реакция графа оказалась предсказуемой, Ашер ожидал ее, хотя и вкладывал в нее иной смысл. Камеры, что были по всей камере, ясно говорили о том, что за ними наблюдают, и инкуб сделал сразу же первое, что считал нужным: дать понять наблюдателям, что между ними нет теплых отношений, а следовательно, пытаться шантажировать одного из них другим смысла нет, ибо ради "врага" ни один из них не сделает требуемого. Другое дело ради близкого и дорогого...

Три часа.

Прикинув время, Ашер попытался соотнести порядок действий этого вечера, и при этом в его сознании упорно вертелась одна мысль. Как бы упорно ни гнал ее золотоволосый вампир, но она все время возвращалась, и граф был тому виной. Ашер признавал в вампире силу, ум, знания и себе-то уж мог не лгать, что он занимает при дворе Жан-Клода свое положение лишь в силу того, что он любовник принца.

Белая маска. Тьма всех побери, но ведь неспроста она появилась в Цирке.

Взглянув на графа, Ашер произнес одними губами, склонив голову так, что их было чуть заметно стоящему вампиру и точно не попадая в объектив камер:

- Белая маска. У Жан-Клода.

Заставить себя произнести даже шепотом это он не мог, одна мысль о том, чем все может закончиться, заставляла вампира внутренне вздрагивать. Страшный кошмар всех вампиров явился в ночную реальность, но сознание упорно отторгало эту мысль, и Ашер все еще искал причины того, что они оказались в одном месте, а заодно и виновного этого вынужденного соседства.

Граф вполне мог разыграть спектакль, рассчитанный на Ашера, а значит, списывать его со счетов не стоит, а вот увидеть реакцию на новость о маске стоило в полной мере, до самых мельчайших движений немертвого лица.

+2

16

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

О, это был удар!
На памяти Герарта Маску приподносили лишь одному Принцу, помимо теперь уже и Жан-Клода.
Уже больше года назад - в Тандер-Бэе. Никогда ни до, ни после Граф не был так близок к Арлекину, потому что в тот раз именно ему, как заместителю Принца, вручили анонимную посылку с одной-единственной надписью: "Вильгельму".
Ужас, который вызвала тогда эта изящная и такая простая вещица, мог поспорить лишь с тем, что обуял Герарта, когда убивали его семью.
Должно быть, страх перед Арлекином въедается в подкорку, программируется где-то на уровне инстинктов у каждого, кто становится вампиров, - иначе как еще объяснить, почему при одном лишь намеке на них, даже не сталкиваясь с ними лично, не видя и не испытывая на себе их методы, вампиры впадают в такой страх?
В тот раз, увидев маску, Вильгельм совершенно обезумел.
И, может статься, это было искаженным подарком свыше - потому что лишь благодаря этому Граф и оставшаяся в живых часть его семьи не была причислена к приспешникам Принца, которых не просто убили - стерли в пыль вместе с частью города в ту ночь, когда Герарт прилетел в Сент-Луис.
Все это отразилось на лице графа за долю мгновения.

- Как это скверно, - он говорил и сам не чувствовал, как шевелятся его губы. В янтарных глазах страх сменялся недоверием. - Но почему, дьявол побери...

Он не договорил. Продолжать мысль и не требовалось. Убитый не так давно Колберт, вкупе с Колебателем Земли, которого лишил жизни Жан-Клод, мог стать костью в горле у Совета, который и без того был не в слишком большом восторге от Жан-Клода стараниями Прекрасной Смерти.
И это было вполне в ее духе - натравить Арлекин на город, где Мастер раз за разом убивает вампиров куда старше него самого. Какой изящный ход - сперва помочь Жан-Клоду расправиться с Колбертом, чтобы потом обратить на него внимание не только Совета, но и интерес Арлекина. Стерва.
Он не знал, поделился ли Жан-Клод с Ашером информацией о своей дуэли, но счел неблагоразумным вещать здесь о том, что дуэль действительно была нарушена, хоть и невольно. Это все они успеют еще обсудить. Если, конечно, выберутся.
Вместо этого Граф заговорил о другой немаловажной детали:

- Но Белая... Белая означает лишь, что  Они в городе и наблюдают. Может, я старомоден в своих  суждениях, но по-моему, в наблюдение не входит похищение кого-либо. Они вообще никак не проявляют себя до Красной Маски, - это действительно было странно - ведь Арлекин, в конце концов, был довольно далек от игр Совета, и чего ради они стали бы нарушать свои же правила? Возможно, причина их появления в Сент-Луисе вовсе не дуэль с Колбертом. Что-то куда более серьезное. Или же присланная Белая Маска вовсе никак не связана с тем, что их с Ашером держат в заложниках.  И если и есть в этой игре кто-то третий, он выбрал наилучший момент, чтобы ослабить Принца Города.
Последнюю мысль Герарт высказал вслух. И снова рванул  сковывавшую руку цепь - никакие путы в мире не способны надолго удержать вампира - особенно, если эти путы состоят из нескольких частей. Существо, без проблем способное рвать стальные листы, как бумагу, вообще довольно тяжело удержать в плену - разве что заточить в гроб со святыми символами, да еще и голодного. Граф же благодаря вчерашней ночи так сильно напитал свой темный Дар, что даже эти сверхпрочные оковы были лишь вопросом времени.

+3

17

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Ашер чуть неопределенно пожал плечами: его сейчас мало волновало "почему", куда важнее и актуальнее был вопрос "зачем". Зачем именно они, зачем именно сейчас? А еще внутри неприятно ворочалось ощущение искренней обиды - ведь у них только-только наладились отношения с Жан-Клодом, тот попросил его быть на встрече, и вот, пожалуйста, он прикован к стене черте где, да еще и в компании графа, и что подумает обо всем принц - ведомо одной тьме.

Звякнула цепь, Ашер взглянул на качнувшееся "окружение" графа и обратил внимание на свои. Подергав руками, он попытался ощутить, какое из креплений сподручнее будет попытаться вырвать. По звукам они были одинаковы, и инкуб решил остановиться на левой руке, тогда они с графом, стоя напротив, смогут перекрыть практически все расстояние между ними, превращая длинные цепи в неплохую вертушку.

Попытки намотать цепь за руку не увенчались успехом, не хватало совсем немного, к тому же короткая цепь за спиной почти полностью лишала его возможности хоть как-то маневрировать, и Ашер начал просто дергать рукой в надежде понемногу расшатать крепление и после вырвать его из стены.

То ли головорезы, видя результаты графа, успели скорректировать пленение второго вампира, то ли Ашеру просто не повезло, но амплитуды движения руки не хватало, слишком уж сильно были растянуты руки в стороны. Цепь мерзко лязгала, но не поддавалась.

- Malédiction.

Содранная кожа кровоточила, обильно окрашивая алым металл, и Ашер вдруг решился - расслабив кисть, он закрыл глаза и пару раз провернул руку в оковах, после чего сложил пальцы вместе, стараясь сделать кисть как можно компактнее, и решительно потянул ее из оков. Сдирая кожу и капая кровью, он все же сумел вырвать руку из фиксатора.

- Вот так уже лучше.

А теперь можно было попытаться двумя руками налечь на правую цепь, стоило сначала попробовать справиться с цепью, вырвав ее из стены, а если не удастся, то тогда придется поступить с правой рукой подобной левой. А этого Ашер не горел желанием делать. Вампир вампиром, но боль он испытывал вполне человеческую.

+2

18

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Пора было приступать к следующему этапу. "Слушать их больше незачем". Меро текучим движением поднялся с места, словно его тело действовало на каких-то иных, нечеловеческих сочленениях и мускулах.

- Собирайте стаю.

Он был скуп на слова неспроста, его и так понимали, а операция  была, похоже, продумана заранее на всех её этапах. Камеру открыли и вперёд прошли дюжие бойцы. Все как один в камуфляже и спецназовских масках на лицах, широкоплечие и молчаливые. И все десять были ликои. Граф и инкуб оставались в пролёте, на что и был расчёт. Меро не вмешивался, он стоял за поворотом коридора и изучал ситуацию глазами своих волков. Те оценили, что инкуб тоже получил относительную свободу действий. И знали об этом загодя. Они двигались так, чтобы по ним не попадал ни Герарт, ни Ашер. Заполнив все безопасные участки в помещении, оборотни остановились, как вкопанные. Их глаза в прорезях масок внимательно смотрели на пленников. Да так, словно их взгляды могли ранить.

Напряжение возрастало, в кровь вплеталось ощущение опасности и агрессии, исходившей от ликантропов. Всё ещё в людском обличье, они приносили своим присутствием ощущение свирепеющего зверья, которое готово напасть в любое мгновение. Тела заметно напряглись, звери чувствовали что-то. Их горячая нечеловеческая кровь ускоренно бурлила в жилах. И от ощущения мощного жаркого потока жизни в их телах у вампиров буквально клыки ныть начинали от голода, что разгорелся всё сильнее, а запах подсохшей крови в комнате словно бы внезапно усилился. При этом ни один из святых символов не горел. Так как всё это шло изнутри каждого из находящихся в комнате существ, развивалось в глубине их душ так, как свойственно было каждому лично.

Дрожащее почти осязаемой пеленой напряжение вдруг лопнуло плёнкой и истаяло. Ощущение упавшего с плеч груза принесло осознание того, сколь тяжёл он был. Все, и оборотни, и вампиры получили шанс оглядеться вновь, выбравшись из круга нарастающего голода и злобы. Дверь после прихода оборотней в комнату не шевелилась. Но только теперь, когда напряжение сошло на нет, фигура посреди комнаты стала заметна присутствовавшим, словно её начертал сам воздух помещения из пустоты и мрака.

Тёмный силуэт, ни дюйма голой кожи, капюшон на голове, а на лице маска из сплава, покрытого сверху чернёным серебром. Звук, заполнивший комнату, не шёл от фигуры в маске, хотя судя по поднятой голове, должно было быть как раз наоборот. Голос был сер, бесполый полушёпот шёл как будто отовсюду. Он сказал только одну фразу:

- Мы - Арлекин.

Отредактировано Mero (19.09.13 23:26:49)

+2

19

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Разговоры откладывались на потом. Ашер тоже нашел способ освободить одну руку, правда, несколько радикальный.
Сам Герарт надеялся обойтись без подобного - он предполагал, что им, возможно, придется драться, а содранная о железо  кожа мало с этим вяжется. Однако, не исключено, что это будет единственный вариант.
Ему повезло - от прикладываемой силы одно из звеньев цепи начало сдавать позиции, они не могли быть цельноплавленными, и вторая рука Графа вскоре тоже обрела свободу, правда, с цепью вдвое короче, чем на левой руке, а значит, непригодную для того, чтобы быть оружием. Что ж,  хоть так.
Но руки - это было полбеды, а вот из стальных объятий оков, сжимающих тело, выбраться будет уже не так просто. Герарт внимательно осмотрел их, прикидывая, где лучше взяться, чтобы попытаться разжать эти клещи.
Но не успел даже попробовать.
В комнату, заполняя все безопасное пространство подальше от вампиров, начали стекаться оборотни. От них пахло зверьем и агрессией, а еще от них пахло пищей. И в момент, когда желание рвануться и впиться клыками в горло кому-нибудь из ликои почти полностью затопило все остальные мысли и чувства, напряжение вдруг пропало.
А на свободном участке комнаты словно из воздуха соткался Арлекин - еще до того, как он произнес это вслух, уже было и так понятно, кто это.

- Мы - Арлекин.

От бесполого шепота, который, казалось, звучал отовсюду и ниоткуда, по спине пробежали мурашки. Вот и ответ на недавний вопрос - за похищением действительно стоит Арлекин. Оставалось лишь понять, чего они хотят добиться такими действиями.
Было до дрожи странно стоять так близко к живому воплощению безумного ужаса, перед которым трепетали все вампиры, какие только есть в мире.
Однако действия Арликина удивляли. Граф слышал многое о том, что может сделать эта организация после того, как пришлет черную маску провинившемуся. Но о том, что они начинают действовать, когда официально должны лишь наблюдать, - такого на памяти Графа никогда не озвучивалось. И он считал себя в праве задавать вопросы и получать на них ответы.
Хотя внутри у Герарта все похолодело от ужаса, внешне он оставался спокойным. Даже сделал руками радушный жест, словно извиняясь за то, что встретил гостей в неподобающем виде:

- Доброй ночи. Простите, я не могу предложить Вам присесть, - Граф склонил голову в приветствии, - Осмелюсь спросить - чем мы обязаны столь пристальному интересу?

+2

20

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

К счастью, граф не стал продолжать "светскую" беседу и нашел себе занятие, чтобы не трогать Ашера. Инкуб дал себе передышку и потратил несколько минут на то, чтобы справиться с накатившей тошнотой боли и внутреннего ужаса: его внешность, и без того обезображенная чужой волей, подверглась еще одному испытанию, и на этот раз Ашер сотворил это с собой сам. Пусть и на время, но тонкая рука с изящной линией запястья выглядела сейчас просто отталкивающе, кровоточащие куски кожи свисали лохмотьями - кандалы даже отдаленно не напоминали красивые браслеты, плохо обработанные края способны были располосовать любую плоть.

Граф между тем успел освободить вторую руку, а Ашер все еще медлил, решаясь на очередной раунд самоистязания. Дверь отворилась, и в камеру потекли волной оборотни, избегая близости вампиров и удивляя своим количеством. Ашер дернул рукой, звякнула цепь, однако сделать ничего не успел, ему показалось, что на плечи упала бетонная плита, ноги подгибались от невозможности выдержать нечеловеческий груз. Сердце сжалось от ощущения скорой смерти, словно рассвет вступал в свои права и какой-то адский палач медленно начал тянуть из него жилы. Под кожей противными липкими потоками растеклось ощущение ужаса, страх сковал тело стальными тисками, превосходя самые крепкие кандалы.

Страх, ужас, смерть... Все смешалось и переплелось внутри, если бы вампиру нужно было дышать, то он бы уже умер от удушья, тело отказывалось шевелиться даже для того, чтобы сделать глоток воздуха. И вдруг все кончилось. Посреди помещения стоял вампир, и этот вампир вещал голосом, от которого краски света меркли, теряя свой цвет. Казалось, что сама жизнь покидает этот мир, утекая, чтобы оставить после себя серое небо и черные провалы...

Эти черные провалы в маске притягивали взгляд и в то же время отталкивали. Ашер на миг прикрыл глаза, стараясь избавиться от накатившего образа из прошлого, и лишь раздавшийся голос графа заставил его очнуться. Герарт был из настоящего, он был доказательством того, что прошлого больше нет. Здесь и сейчас.

Привычным движением поправив волосы, что скрывали правую половину лица, инкуб вскинул подбородок: встречать свою участь он предпочитал с гордо поднятой головой.

+3

21

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Ему понравилось, какими гордыми они были. Старые для мира, ещё так молоды для древних. Удивительные существа. Он почувствовал импульс реакции от каждого, и каждый же его перекрыл. Роскошь во плоти - они оба. И поиграть с пойманными на пару часов игрушками захотелось пуще прежнего. Теперь Меро был уверен, что не отпустит их просто так.

Граф заговорил, и маска повернулась к нему. Его фраза о предложении присесть была так мила, взмах флага над родным замком, он тут как дома и он спокоен, вот, что читал Меро в поданных словах.

- Осмелюсь спросить - чем мы обязаны столь пристальному интересу?

Арлекин кивнул, и голос вновь заструился серым туманом, обволакивая внимание плотным одеялом:

- Вы - ферзи при местном короле и королеве в едином лице. Каждый из вас по-своему второй после Принца. Сегодня ночью принц получил от меня красную маску. А во избежание недопонимания такая же ушла и старейшей в городе, лояльной к нему дочери тьмы.

Несомненно, он говорил о Лидии. И что из этого следовало? Что две красные маски нашли своих адресатов. Вот только белой он не посылал. Или, можно сказать, посылал не он.

- Каждый из вас, господа, вернётся сегодня же до зари к своему Принцу. Никто из вас в этих стенах не сделает ничего для себя нового. Но прежде всего я узнаю прочность опоры чужого трона.

Это прозвучало как светская фраза, однако для присутствовавших (они всё ещё были на позициях) оборотней слова были каким-то кодом. Те пришли в движение, окружая преимущественно Ашера. А Арлекин смотрел по-прежнему на графа.

- Плохо, когда две ноги колосса пытаются друг друга подсечь, не так ли?

Он выяснял для себя, насколько всё запущено. Что ж, по размаху плеч под кожаными одеждами можно было сделать вывод, что Арлекин - не дама. Хотя какими только не бывают дамы...

+3

22

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Он (Герарт все-таки решил, что перед ним именно мужчина) сказал о масках. Красная маска Жан-Клоду. Красная - Лидии. После этой фразы мир даже как-то померк от ярости - его прелестная создательница всего один день в городе, и уже получила красную маску от Арлекина. И все это по его вине.
Граф бесконечно тепло относился к Жан-Клоду - тот был его давним другом, и они не раз уже доказывали, что дружба их способна выстоять перед лицом любых опасностей. И Граф согласен был быть рядом с ним даже при угрозе кары Арлекина - они были связаны Узами крови и клятвой. Жан-Клод был Принцем, и он знал, что это значит. Повышенное внимание со стороны буквально всех, кому хоть немного есть дело до политики - он был слишком уникальным случаем, слишком хорошим Мастером. К нему тянулись, под его защиту стекалось бессчетное множество вампиров, ищущих лучшей доли. Он был правителем и был готов к тому, какие плюсы и минусы это может принести.
Но Лидия не была. Она не являлась мастером или Принцессой какого-либо города, не нарушала никаких правил, и вся ее беда заключалась только в том, что она приехала к нему, потому что он в ней нуждался.
Граф подумал об Элис - светлая девочка, столь дорогая для Лидии. Может статься, они похитили и ее? Что способны сделать эти существа ради одних им ведомых целей?
При этих мыслях лицо Герарта окаменело, лишь вспыхивали кровавыми янтарями полные ярости глаза. Если они посмеют хоть как-то навредить Лидии... Герарт и сам не знал, что он может противопоставить Арлекину - это даже в мыслях звучало как безумие. но за Лидию он был готов драться даже с сотней спрятавшихся за масками шутов. Если бы только выйти отсюда, призвать бушующий ураган horreur! А там и проверили бы, насколько действительно Они неуязвимы.
Арлекин заговорил дальше.
А оборотни тем временем начали окружать Ашера.

- Плохо, когда две ноги колосса пытаются друг друга подсечь, не так ли?

Герарт смотрел в черные провалы глаз Маски. А в голове лихорадочно метались мысли - было недопустимо, чтобы Ашер пострадал. И дело было не в том, что сейчас было не время для разногласий, нет. Просто Граф точно знал, что если с его золотоволосым заместителем что-то случится, это будет сильнейший удар для Жан-Клода. А сейчас подобного просто невозможно было допустить. Меро прав - когда двое близких к Принцу вампиров имеют неприязнь друг к другу (точнее, неприязнь была лишь с одной стороны, но все же) - это крайне плохо. Но пока что в его силах было хотя бы попробовать убедить их, что они кое в чем просчитались.

- Стойте, - его голос прозвучал негромко, но был исполнен такой власти, что оборотни невольно остановились, обернувшись разом, как по команде. Дальше Граф говорил непосредственно с Арлекином. - Оставь его. Ты ошибаешься. Кому, как не вам знать, что заместителей не может быть двое. Тебе нужен второй после Принца. Это я. Это мне Жан-Клод передал город на случай своей гибели, меня оставил своим заместителем.

Оборотни повернули головы к хозяину, ожидая приказа - в глазах у многих танцевало сомнение - Герарт говорил спокойно и очень убедительно. Они чуяли звериным чутьем, что это было правда. Это действительно была правда - лишь однажды, но это дало возможность не лгать.
Звери молчали - двигаться в сторону Графа, даже прикажи это Арлекин, им не хотелось - руки его были свободны и не повреждены, в отличие от Ашера, и в одной он лениво покачивал цепь, которой пару часов ранее нанес бойцам неслабые повреждения.
Герарт на одно скользящее мгновение поймал взгляд светло-голубых глаз Ашера. "Надеюсь, он понимает, почему я это сказал."
Граф догадывался, какой обидой эти слова могли стать для Ашера, но это был его шанс освободиться. Возможно, для Арлекина он перестанет представлять интерес, и тогда Ашер окажется подле Жан-Клода куда раньше рассветного часа.

+3

23

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Его одолели сомнения. Неужто его в самом деле считают настолько тупым? Однако смело! Закипевшая ярость обдала жаром желваки, так прочно стиснуты были его зубы, даже челюсть загудела. Слушать враньё графа было невыносимо. Нет, технически, исключительно технически все его слова были правдой. Но ведь уже по самим словам Арлекина должно было быть ясно, что он в курсе той дилеммы, что стоит перед Жан-Клодом.

- ...Это мне Жан-Клод передал город на случай своей гибели, меня оставил своим заместителем.

- Довольно! - отдавшийся эхом вопль-рык прокатился по комнате, забираясь под кожу холодом. Впрочем, никто не вздрогнул. Но Меро и не ждал этого. Он не стремился произвести эффекта. Только прервать чужие сомнения в собственной информированности.

- Факты против Ваших слов, граф.

Голос уже не был серым, он был определённо мужской.

- Титул носит Ашер. Но рядом всегда вы оба, и сила, граф, на Вашей стороне.

Потом маска замолчала, её обладатель повёл головой от одного пленника к второму и разразился смехом:

- Какая прелесть! Город был завещан! - маска повернулась к Ашеру. - И не Вам, L'avorton brillant. Видно, кукольный принц не мог потерпеть, чтобы его мир перешёл в руки d'un tel monstre!

О, как он веселился, смех, почти истерический, звенел под потолком. И оборвался, в лучших традициях, внезапно.

- Держите его. Он будет брыкаться.

Оборотни были скоры, их задачей стало изловить Ашера так, чтобы его руки и ноги оказались в тисках. А сам Арлекин, выудив из кармашка чудо-подарок, на вытянутых руках понёс его инкубу навстречу. То была маска на нижнюю часть лица, ловушка для кусаки, которой Арлекин был намерен окончательно обезвредить инкуба.

Отредактировано Mero (23.09.13 11:04:25)

+3

24

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Что ж, стоило хотя бы попытаться сыграть этот ход.
Судя по всему, Арлекин наблюдал за городом куда дольше, чем одну ночь - а именно столько прошло с момента, когда у Жан-Клода появилась белая маска. И наблюдал весьма близко - вполне возможно, в Цирке есть кто-то, работающий вовсе не на Жан-Клода...
Голос из-под маски перестал быть бесполой струящейся серостью. Он был определенно мужским и странно знакомым. Герарт думал и никак не мог вспомнить, где же мог раньше слышать этот голос - он был уверен почти наверняка, что никто из тех, с кем он общался когда-либо, не мог оказаться носителем маски Арлекина. Однако смутное ощущение узнавания не оставляло. Это было очень странно - вдруг осознать, что там, под маской, действительно прячется личность, кто-то, кого Герарт, возможно, даже знает. Что это не безликие каратели, больше смахивающие на призраков, сотканных из гнева, не слепое оружие, падающее на головы провинившимся. Этот вампир разозлился на слова Графа и немного приоткрыл серую завесу тайны, что всегда окружала даже само имя Арлекина. Если у него есть хоть какое-то подобие человечности, пусть даже состоящее в одной лишь способности проявлять эмоции, - значит, он куда ближе любым другим вампирам, как бы господа в масках не стремились доказать обратное. А если так, у любого из них может быть своя брешь в защите, своя слабость. И их можно одолеть.
Эти мысли были в новинку Герарту. Ранее ему и в голову не пришло бы даже помыслить о том, что он может не просто сопротивляться Арлекину, но и думать о возможной победе над ними. Это было немыслимо дерзко даже для простых предположений. Арлекин были многовековой тайной, ночной жуткой легендой, их боялись настолько, что даже само имя их не осмеливались произносить вслух.
"Надо же, перевалив за половину тысячелетия, я становлюсь бунтарем. И фантазером к тому же."
Иначе, чем фантазиями его мысли назвать было нельзя. С другой стороны, Герарт вдруг вспомнил о Колебателе Земли, древнейшем из известных вампиров. О нем тоже ходили самые разные слухи, и он тоже считался непобедимым. Однако на поверку оказался не таким уж неуязвимым. О, ну конечно, им не хватало для полного счастья только сражаться с Арлекином. Какой бред!
Граф тряхнул головой, свободной рукой убрал с глаз налипшую мокрую прядь. Не иначе, у него безмолвная внутренняя истерика, что в голову лезут подобные мысли.
Арлекин со странно отдаленной знакомым голосом отдал приказ, и оборотни снова окружили Ашера, сгрудились стаей, словно гиены у павшей жертвы, стремясь понадежнее его обездвижить.
Герарт сжал губы, бросая взгляд на безликую металлическую маску с черными провалами глаз. Его последующие действия могли считаться прямым неповиновением, но внутренний протест уже перерос во внешний бунт. Герарт жалел лишь о том, что его торс по-прежнему удерживает стальной захват, и истерчески хохочущий Арлекин вне зоны его досягаемости.
Зато  исполнительные оборотни вдруг оказались куда ближе, чем были до этого.

- Пошли прочь! - рыкнул граф по-немецки, от души размахиваясь своим оружием - в толчее вокруг Ашера оборотни немного забыли о цепи, и пара-тройка не самых ретивых оказалась прямо под хлесткими ударами. Граф бил с нечеловеческой скоростью, четырех молниеносных ударов хватило, чтобы один из оборотней рухнул на пол без возможности отползти - кажется, цепью ему перебило позвоночник. Остальные отделались куда легче.
Он не знал, что это безумное существо намеревалось делать и чего хотело добиться. Но точно знал, что ждать чего-то хорошего было бы глупо. И он не хотел покорно стоять и бездействовать, дожидаясь своей очереди, как овца на бойне. Он не мог использовать свой Дар, но все еще был чертовски сильным сытым вампиром. И поди попробуй еще отбери у такого эту треклятую цепь, даже если ты Арлекин. Ведь использовать какую-либо метафизику в этой комнате он так же не мог. А подойти ближе к разъяренному австрийцу было той еще задачей.

+2

25

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Молчание - золото, но какое же дорогое это золото оказалось для Ашера. За все годы, проведенные при дворе Белль Морт, за все время, что ему приходилось жить в молчании, он научился главному - скрывать за молчанием силу. То, что иные воспринимали как его слабость, Ашер ощущал совсем иначе. Его видели уродом - он не отрицал, его считали слабым - он потакал, его списали со счетов - он подтверждал, но при всем этом он никогда и ничего не забывал. Его жизнь очень длинная, его память очень долгая, но вместе они давали ему прекрасный шанс испить чашу мести, наслаждаясь каждым глотком.

Вот и сейчас Герарт решил, что он умнее, сильнее, правее, левее и все, что угодно, но Ашер оказался мудрее, хотя никогда не дал бы этого понять графу. Идти напролом, бить прямым ударом - это удел оборотней, а он никогда не забывал о том, что он вампир - существо изящное, куртуазное, утонченное и беспощадное. Взгляд, что на долю мгновения встретился с глазами графа, не обещал тому ничего доброго и приятного, Ашер пообещал Герарту, что не забудет ему этих слов.

Граф мог думать о себе все, что угодно, он мог считать, что спасает им жизни, но не стоило забывать о том, что давно впиталось в них с первым глотком крови - вампирский этикет. Герарт посягнул на то, что попирать не смеет ни один вампир, и Ашер полоснул по нему сталью ненависти во взгляде. Он не принадлежал графу и не желал его покровительства, тем более в столь унизительной форме.

Арлекина не удовлетворили заверения графа о первенстве графа перед Ашером, и инкуб лишь внутренне усмехнулся: граф со своей прямолинейностью позабыл о важном в этой жизни - интриге.

- Титул носит Ашер. Но рядом всегда вы оба, и сила, граф, на Вашей стороне.

- Сила есть, ума не надо...

Ашер встретил взгляд черных провалов маски, едва ощутимо вздрогнув глубоко внутри: память, мерзкая девка, вечно напоминала о своих проделках так не вовремя.

- Какая прелесть! Город был завещан! И не Вам, L'avorton brillant. Видно, кукольный принц не мог потерпеть, чтобы его мир перешёл в руки d'un tel monstre!

Издевательский смех наждачной бумагой прошелся по нанесенным мерзкими словами порезам в и без того израненной душе вампира, но Ашер уже давно не реагировал на такие оскорбления. Разве же этот клоун мог состязаться с самой Прекрасной Смертью в том, что она превратила в настоящее искусство. Он по-прежнему молчал, не утруждая себя ответом: Ашер умел ждать, и сейчас он ждал того самого момента, когда судьба подарит ему шанс.

- Держите его. Он будет брыкаться.

К нему кинулись оборотни, и пока один пытался ухватить вырывающуюся руку вампира, другой, по-видимому, решил, что ноги не опасны, а зря. Герарт запустил в движение цепь, раздались крики и вопли, оборотни смешались в кишащей массе, пытаясь спастись от вампира и то же время выполнить приказ. Ашер отвлек внимание тварей рукой, а нога при этом с удовольствием нашла свою жертву, пинком отправляя того пушечным мясом в вампира в маске. На второй удар уже не оставалось времени и возможности, оборотни навалились всей массой, но как минимум за оскорбление Жан-Клода Ашер ответил Арлекину.

Не рассчитывая на повреждения, Ашер лишь надеялся, что тварь поделится с Арлекином блохами. А потом его растянули, словно распяли, и выражение отвращения все же проявилось на холодном лице инкуба - на него собирались надеть намордник, лишая последнего оружия и уподобляя его животному. Непроизвольно дернувшись, в тщетных попытках вырваться, Ашер замер мраморным изваянием, когда замки щелкнули, вжимая кожаную маску с прорезями в лицо вампира.

+2

26

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

- Начало игры -

Дело было сделано. Две бомбы в очередных апартаментах были благополучно установлены. Мегара сложила в небольшую черную сумку весь необходимый инструмент, и только лишь потом тонкий пальчик с безупречным маникюром, но при этом обтянутый кожей перчатки, надавил на кнопку запуска таймера. Женщина откинула копну волос назад и еще раз любовно взглянула на свое творение... только потом прикрепила его к нижней полке шкафа из тяжелого дуба. Все в этой квартире было оформлено в африканском стиле, кроме, разве что, этого безвкусного шкафа. Статуэтки, пирамиды, скульптуры богов, небольшие амфоры для благовоний, национальные украшения за стеклянной дверью одного из стеллажей и фотографии египетские, развешанные по всей стене.

Да-а, Мегаре на мгновение стало практически жаль разрушать столь уютное гнездышко, но в коллекции статуэток, которые она рассматривала уже несколько минут, не было ни одной женщины с головой змеи. Зато были все остальные. Как на подбор и даже выстроенные по алфавиту. Женщина презрительно фыркнула и вальяжной походкой от бедра направилась к двери.

Уже две ночи подряд "грязную" работу она делала сама. Разумеется, грязной она была для тех, у кого руки расли не из положенного для этого места. Да. С другой же стороны, Мегара все равно не доверяла своим подопечным ту работу, что требовала максимальной скрытности и отсутствия каких-либо следов. А для нее самой это было слишком просто, но удовлетворение сквозило в каждом жесте Серветты. Черный костюм из матового латекса, что обтягивал тело подобно второй коже, скрывал практически все ее участки, доходил до самого горла, кистей рук и стоп. На руках тонкие перчатки, на ногах - сапоги с высоченными каблуками (подошва и набойки обуви прорезинены и не издают звуков при ходьбе), на бедрах - кожаный пояс с креплением для кинжалов, а лицо скрывала черная маска. Распущенные волосы Мегаре совершенно не мешали, поэтому радостно приходили в движение, поддаваясь порывам ветра на крыше очередного небоскреба. Черной тенью она проникала в дома и квартиры через крышу, и ни одна камера не могла засечь и малейшего движения. Вся эта техника не была рассчитана даже на вампирскую скорость, что уж говорить о на порядок превышающей? К тому же щепотка мельчайшего песка способна сотворить непотребство с излюбленными человеческими приспособлениями очень быстро, внести помехи, заставить видео идти рябью... Никто и никогда не припишет этому вампирские таланты. "Глупцы!"

Она взмыла вверх, в ночное небо, сливаясь с порывами ветра, и через совсем незначительно время приземлилась на крышу заброшенной базы. Удобное умение - полет. Недалеко от камеры пленников Мегару ждали два змеелюда, облаченные в длинные плащи и капюшоны, скрывающие лица. Один из них держал черный капюшон с креплениями к вороту костюма и приделанной к краям маской, и стоило женщине повернуться к нему спиной, как материя ровным слоем легла на плечи, волосы скрылись в углублении капюшона, а завязки фарфорового "лица" осторожно скрепили между собой умелые руки. Неумелых, непослушных и болтливых Мегара подле себя не держала. Второй же принял у вампирши сумку и маску, что скрывала ее лицо во время работы.

Дверь в камеру бесшумно отворилась, но до этого никому не было дела - внутри помещения творился хаос. Сразу же рядом с Мегарой в бетонный косяк врезался оборотень, размозжив лицо о дверные железные и покрытые ржавчиной крепежи. Женщина не шелохнулась, а когда бездарный ликантроп свалился к ее ногам, она брезгливо отшвырнула его каблуком в сторону. Попал под раздачу - виноват сам. Иного у Мегары не было мнения.

Еще одна фигура появилась словно из ниоткуда за спиной первого Арлекина, выдвинулась вбок, словно бы первое тело раздвоилось и породило свою копию, только чуть меньше размером, с явно женскими формами и явно женскими каблуками. Даже одежда обоих Арлекинов перекликалась своей похожестью. По крайней мере сегодня, для демонстрации силы и власти. Один только особый жест - движение головы, давало Капитану понять - вся запланированная работа сделана. Маски доставлены адресату, бомбы заложены сюрпризом еще для двух вертигров. А сейчас Серветта ожидала лицезреть обещанное шоу. Только вот то, что она видела, скорее напоминало бойню. Впрочем, такое зрелище тоже было вполне приемлемым. Приемлемо - наблюдать за разъяренным мужчиной, что размахивал цепом. Вампирша много слышала про австрийского графа, но ни разу не видела его в живую. Что ж, экспонат, несомненно, был хорош. Второй вампир тоже радовал глаз, особенно с намордником на лице и обнажившимися шрамами. У Серветты был свой особенный взгляд на некоторые вещи, но сейчас она негодовала от неспособности оборотней справится с одним лишь кровососом. "Это нелепое зверье ничего не может!" Все было просто. Граф не мог размахивать своим внезапным оружием одновременно со всех сторон, покрывая пространство даже на сто восемьдесят градусов, поэтому, уловив удачный момент, вампирша тенью скользнула вдоль стены (а ее настоящая скорость превышала вампирскую), оказалась за спиной австрийского вампира и сделала одновременно две вещи - подсечку и резкий рывок за черные волосы назад. Ей всего лишь нужна была его потеря равновесия пусть и на пару мгновений... и их хватило, чтобы оборотни волной накинулись на Герарта, блокируя его разбушевавшуюся руку с цепью. Мегара же уже стояла ровно на том месте, что и несколько секунд назад.

+1

27

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Мегара была той помощью, которая ему как раз очень требовалась. Никто не был так скор, как она. Меро не видал подобных ей ни разу за века. Пусть она была не самой сильной, не самой могущественной, но, тьма великая, какой шустрой была эта красотка! Всё, на графа можно было больше не отвлекаться до поры, до времени. Оборотни облепили его, как загар креолку. Развернувшись вновь к Ашеру, который поиграл с ним в теннис вервольфом, Капитан преодолел оставшееся расстояние. Он расчехлил оружие из своей трости и самолично распорол одежды на инкубе. Он хотел видеть его шрамы. Хотел дать на них попялиться всем обозлённым волчатам. Теперь, когда оборотни его держали, у него не было шансов. В рукопашной схватке любой из них был, как правило, сильнее вампира, а уж несколько накрепко державших выигрывали и подавно. И потому Меро был свободен по части своих изысканий.

- Как много обожжённой, некрасивой плоти, - он покачал головой, оглядывая обнажённое перед ним тело Ашера, - В сравнении с теми, кто не побоялся изуродовать твою красоту, я просто чистое благо.

Он заглянул вампиру в глаза, думая о том, откуда же взялось чудо его пленённого сейчас укуса. Прищурившись хищно, вампир потянулся к той пружине метафизики в себе, что была родником животных страстей. И не отводя взгляда с лица Ашера, он бросил в его тело похоть. Ничего общего с очарованием ardeur, не головокружение от одного вида вдруг покрасивевшего любовника. Безразлично, кто рядом, нужен только дикий животный трах во имя разрешения от бремени узла тугой жажды в паху. Меро желал видеть, как инкуба покинет оцепенение и его тело его предаст. Не оборачиваясь, он поинтересовался у своей спутницы:

- Знакомых в городе много? - голос его звучал буднично, скучно, словно он читал газету за завтраком с женой, которая давно стала привычкой, но не стала обузой, так как в браке вовремя установились свободные отношения и было снято вето на постель с чужаками.

Стилет в руке Меро был послушным её продолжением. И, следя за кончиком жала, мужчина повёл им, чуть вдавливая, по груди Ашера, выводя завитки новой крови, но было не было, её затмевало бушующее звериное возбуждение, что нахрапом взламывало чужой мозг. Он вдруг замер и приподнял голову, глядя в лицо Ашера, но обращаясь к своей коллеге:

- Ах, да, кстати. Господин граф в твоём распоряжении, пока он не будет нужен для иных целей.

Он решил, что развлекаться в одиночку при даме слишком жирно будет. Можно и поделиться.

Отредактировано Mero (25.09.13 12:04:33)

+3

28

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Он успел серьезно покалечить четверых, еще одному достался хороший пинок от Ашера.
На сцене тем временем появилась новая Маска. На этот раз явно женщина, она словно отделилась от первого Арлекина, и остановилась поодаль молчаливой тенью. Однако во время очередного замаха цепью Герарт не увидел даже, а скорее почуял стремительное движение женщины в его сторону. В следующий миг его пнули по ногам и одновременно чужие пальцы вцепились в волосы, вынуждая на мгновение осечься. Цепь с глухим звяканием рухнула на пол, не причинив никому вреда, а Герарта окружили, отрезая его от Ашера, оборотни. Сразу трое ухватили свободный конец цепи и натянули до предела, еще двое держали обрывок оков второй руки.
Они смотрели так яростно, словно, будь их воля, они бы сейчас вцепились в вампира все разом, просто из мести.
Но приказа не было, потому его просто держали. Удобное оружие, сейчас цепь сыграла против Графа- будучи довольно длинной, она позволяла держать его руку, при этом стоя довольно далеко от него. Впрочем, это позволял даже тот жалкий кусок цепи, что украшал другую руку. Граф напряг руки, цепи натянулись, но и только. Сила оборотней в чисто физическом плане куда больше вампирской, а уж впятером ликои и подавно справлялись с задачей.
Герарт мысленно хмыкнул, сам себе напоминая стреноженного дикого мустанга, к которому боятся подойти близко, пока тот не связан понадежнее. Противник брал числом, и все, что оставалось,- это ждать и наблюдать.
Граф вернулся было к мысли о знакомом голосе Арлекина, когда тот, поигрывая тростью, скрылся за спинами оборотней, негромко обращаясь к Ашеру.
Из словмего было понятно, что он не стремиться уродовать того, добавляя новые шрамы, однако почему-то совершенно не возникало желания поблагодарить его за великодушие.
В воздухе запахло зверьми, лесом, мускусом. Герарт слышал, как глубоко задышали державшие его оборотни, втягивая этот запах, чувствовал их волнение.
Последняя фраза Арлекина заставила перевести взгляд на все еще неподвижную женщину.
Она казалась неживой, словно фигура из черного мрамора. Но после слов напарника ее глаза, цвет которых было трудно определить из-за тени, что отбрасывал капюшон, несомненно, смотрели на графа. Герарт видел их блеск в прорезях маски и тоже замер в ожидании ее дальнейших действий.

+3

29

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Свора буквально облепила его, и лишь когда маска была зафиксирована, а Ашер едва не распят, оборотни чуть успокоились, когда не только руки, но и последнее, но не менее мощное оружие - клыки вампира были обезврежены. Маска не мешала говорить, она лишь не давала шанса вонзить иглы в чужую плоть.

Арлекин подошел ближе, и инкуб невольно начал его разглядывать. Сплошная маска, полностью скрытое тело одновременно пугали, завораживали и отталкивали. Под этой броней могло быть самое совершенное и прекрасное тело, а могло быть уродливое нечто, что даже отдаленно не напоминает то, что способно восхищать. Но все же там было то, что вызывало внутренний ужас. Там был Арлекин. И теперь он нацелил себя персонально на Ашера.

Блеснул клинок, что появился из трости, и уверенные в своей власти руки вспороли одежду, обнажая то, что Ашер всеми силами старался скрыть. Выставленный напоказ, он вздернул подбородок и не смог отказать себе в праве на месть:

- А сколько ее должно быть у тебя, чтобы скрывать настолько полно, - его рта было не видно под маской, но нетрудно было догадаться, что нетронутые святой водой губы кривятся в презрительной усмешке.

Сопротивляться Арлекину Ашер не мог, но он мог хотя бы не быть послушным рабом: чем бы это для него ни закончилось, но он будет дергаться. Разум говорил, что он - словно бабочка, попавшая в паутину, что стоит замереть, и тогда смертельных пут будет меньше, а сидящий где-то поблизости паук может и не почувствовать дрожь своих сетей, но гордость заглушала голос разума.

Ашер не знал, входило ли это в планы Арлекина изначально или он так зацепил его своей непокорностью, но только каким-то внутренним чутьем, словно превратившись в оборотня, вампир ощутил, что жизнь его начала отсчитывать свои ночи в совсем ином ритме. Черные провалы глаз, тускло поблескивающая маска и проникающая в него чужая воля. Инкуб внутренне сжался в тщетных попытках защититься, закрыться глухими щитами, но все было тщетно. Внутри стремительно разливался яд, отравляя каждую клеточку его тела, превращая его в умирающего от дикого желания безумца.

Такой неистовой жажды он не испытывал ни с кем и никогда, казалось, что его буквально разорвет от разбухающего кома дикой, животной похоти. Это была даже не страсть, не желание, не жажда соития, это была первородная похоть, и Ашер все глубже и глубже погружался в нее, без малейшей надежды на спасение.

Оборотни, державшие его, утробно зарычали, чувствуя исходящие от вампира импульсы, их руки сильнее сжимали плененного вампира, и каждый из них пытался тянуть вампира на себя, пока еще слабо ощутимо, но все же достаточно, чтобы Ашер закрыл глаза, сжимая зубы и не ощущая, как по подбородку потекла тонкая струйка крови из прокушенной губы.

В животе ворочался огромный зверь, разбуженный среди зимы, он недовольно рычал и выбирался из своей берлоги. В паху все полыхало болью от нечеловеческого желания. Глубинными слоями разума Ашер понимал, что он не желает всего происходящего, но тело предательски требовало удовлетворения, и инкуб потянулся сначала к вампиру, но безразличие того отталкивало, и тогда Ашер рванул левую руку, не желая ее вырывать из захвата, но желая ощутить того, кто держал его. Оборотень, качнувшись, вцепился сильнее в инкуба, и тогда вампир, вывернув запястье, сам ухватил ликантропа за руку и прижал к себе, заставляя его опуститься, словно размазывая того по своей груди.

Да… вниз… туда…

Остатки разума покинули вампира, яд окончательно отравил его тело, и теперь инкуб мог лишь одно – желать удовлетворить свою похоть и не важно кем.

- Ненавижу, тварь! - эти слова дались ему такими усилиями, словно он исторгал из себя не звуки, а каменные глыбы, что раздирали его горло. По слогам, по отдельным звукам, но все же они прозвучали.

+2

30

12 октября; суббота
[20:00 - 00:00; вечер]

Мегара стояла молча, застыв в той самой неподвижности, что свойственна всем старым вампирам. А настолько старым, как сама Серветта - и подавно. Руки сложены под грудью - одна поверх другой, нога чуть отставлена в сторону, в следствии чего противоположное бедро выгнулось больше обычного. Она следила за Меро внимательно, одними глазами, не поворачивая головы. С ее ракурса открывался прекрасный вид на обоих пленников. И если бы Мегара смотрела точно перед собой, то периферийное зрение захватывало бы и держало бы под контролем левую и правую части камеры.

- Никого, - протянула она, обращаясь к Меро, и женский голос оказался неожиданно глубоким и низким, никак не соответствущим представленной миру фигуре. - Но мальчики работают на этим, - сквозь вальяжное и абсолютное безразличие угадывались нотки довольства. Меро прекрасно знал, о каких мальчиках идет речь. Так Серветта называла своих змеелюдов и людей-варанов. И ни одной особи женского пола не было в ее свите и не водилось никогда.

Она бы еще многое добавила, только вот задушевные разговоры в присутствии даже таких самоотверженных личностей не входили в правила так стремительно развивающейся игры, что затеял Капитан. Мегара была в предвкушении чего-то интересного. Ее давний спутник умел удивлять... вот и теперь, как легкий импульс, она ощутила ускоряющийся пульс присутствующих оборотней. Он, подобно песчаной буре, поднимался снизу и нарастал, шумел, бился о преграды контуров тела. То была сила Меро.

Ярко накрашенные губы искривились в садистической усмешке, и жаль, что никто ее не видел. Только лишь глаза. Одни глаза, взгляд которых сосредоточился на Графе. Вампирше дали зеленый свет, и она не собиралась упускать такую прекрасную возможность "пообщаться" с австрийским обожателем Лидии...

Ее тело внезапно ожило, словно в него вдохнули жизнь. Руки опустились, ноги пришли в движение плавной и дразнящей походкой с раскачивающимися бедрами при каждом шаге. Мегару не интересовал Ашер, раз им уже занялся Меро. Ей не нужны были остатки, пользованные кем-то. Она хотела получить новую игрушку целиком. Мегара остановилась в нескольких дюймах от черноволосого вампира, заглядывая в его глаза снизу. Даже на своих двадцати сантиметровых шпильках женщина чуть уступала ему в росте.

- Прелестное зрелище, - она провела пальцами по мужской щеке, чуть склонив голову набок, - но недостаточно! Слишком много одежды для такого тела, - и пальцы смазанным движением сорвали с шеи мужчины когда-то кристально белый, а ныне забрызганный кровью, платок. Булавка с рубином отлетела в сторону и звякнула где-то в углу. Затем настала очередь костюма. Мегара скользила по крупным черным пуговицам, расстегивала их, любовными жестами оглаживая ткань, прилегающую к мышцам, но когда дело дошло до рубашки - терпение вампирши иссякло. - Утомительно! - и она резко дернула края сорочки в разные стороны. Пуговицы с треском и хрустом ткани разлетелись в разные стороны, заскакали маленькими пластиковыми мячиками по неровному полу камеры. - Ну вот же, совсем другое дело, - снова наклон головы вбок, растаскивание в разные стороны рваных краев мужской рубашки. Она разглядывала обнаженное по пояс тело Графа, и не важно, что на плечах все еще висел костюм, а во взгляде появлялось нечто большее, чем просто интерес. Там была надменность.

- Что ж, обёртка очень даже хороша. Осталось узнать, какую начинку здесь распробовала Лидия, - и рука, обтянутая плотным латексом, нагло и несдержанно скользнула вниз, под брюки вампира. Обхватила ладонью все то, что под ними скрывалось. Пальцы пришли в движение и начали работать, ощупывая и оценивая размеры. - Ммм... впечатляет, - раздалось из-под маски, и выражение в голосе походило на оправданные ожидания, - и насколько ты хорош в этом деле? - она чуть настойчивее сжала пальцы. Мегара его трогала, находилась достаточно близко, но при этом контролировала ситуацию. Любой, даже малейший рывок вампира, она была готова пресечь.

+3


Вы здесь » Circus of the Damned » Сборник рукописей, том I » [12-13.10.10] Дикая охота